— Забудешь тут… Пеленг принял, иду к четвертому доку…
Гай слушал диалог станции и Иоахима и понять не мог: у них что, диспетчер тоже сталкер? О чем и спросил.
— Точно! — ответил он. — У нас диспетчерами сидят те, кто по состоянию, например, здоровья летать не может. Сталкеры народ вредный и неуживчивый, мало кто готов у нас на Причиндалах висеть…
Висеть на причиндалах — это, конечно, прозвучало не очень.
Гай наблюдал за процедурой стыковки и думал, что в обозримом будущем сам справится с посадкой корабля не хуже, чем бывалый ветеран. И это была странная мысль. Когда «Тень отца Гамлета» тряхнуло в магнитных зацепах, парень сказал:
— Я заберу кое-что с транспорта? Мы ведь не потащим его на Абеляр с собой? А в трюме там у меня лежит пара вещиц, которые не хочется оставлять без присмотра.
— Пф-ф-ф, делов! Арендуй ячейку в камере хранения! Любой формы и размера. Это сталкерская станция, соображаешь? Тут полно вещиц, которые не стоит оставлять без присмотра!
Чем сталкеры отличались от космических мусорщиков, с которыми Гаю приходилось иметь дело на Тильде Бэ? И те, и другие собирали обломки и остатки человеческой деятельности. Основным отличием было то, что объекты вожделения мусорщиков — металлолом, пластик и органика — просто ждали, пока их загрузят в трюмы и отвезут на переработку. А высокотехнологичная потенциальная добыча сталкеров порой активно отстреливалась в ответ. Конфедератам было выгоднее взять эту вольницу под свое крылышко, выдавая лицензии на занятия сталкерством и контролируя наиболее опасные находки, чем самостоятельно вычищать авгиевы конюшни, оставшиеся после войн и конфликтов далекого прошлого, неудавшихся попыток колонизаций опасных миров и убийственных экспериментов корпораций.
То есть формально находясь под эгидой Конфедерации, сталкеры были единственным в своем роде независимым сообществом астронавтов. Ни корпорации, ни планеты или межпланетные государства не имели к ним никакого отношения. Был в секторе Рашен еще Свободный Поиск, отчасти напоминавший по своему формату и функциям сталкерское братство, но всё-таки это была немного другая история. Перетаскивая свои контейнеры и баулы, Гай думал, что сталкерство — это, пожалуй, именно то, чем ему стоило бы заняться в ближайшее время: с одной стороны, имея нужные навыки и толику везения, можно было неплохо подзаработать (при известной доле риска), а с другой — повидать космос.
Мич, дремавший все эти дни в коробке на транспортнике, навострил уши, только почуяв хозяина. Он вскарабкался Гаю на шею и пытался укоризненно заглядывать ему в лицо.