— Ты смотри-ка, еще не все спят, — хмыкнул директор. — Сам отсюда дойдешь? Боюсь, если нас вдвоем увидят, завтра вопросами одолеют, где ты пропадал и почему я тебя привел. Тебе и так несладко придется…
— Дойду конечно, что со мне сделается? — ответил я и потопал к школьному общежитию, размышляя над тем, что именно хотел мне сказать Орлов своими последними словами?
Подходя поближе, я ускорил шаг, так как заметил, что в некоторых окнах происходит какое-то движение. Видимо ребят разбудил шум вертолета, который меня доставил обратно. Ну да, если бы еще сейчас и Иван Федорович рядом со мной был, точно без вопросов не обошлось бы, куда меня возили?
При виде меня дежурные оживились. По их лицам было видно, что им не терпится со мной побеседовать, но я лишь махнул рукой и побежал по лестнице на третий этаж, перепрыгивая через ступеньку.
— Темников! Нарушение режима! — услышал я вслед недовольный голос, но сейчас эти слова меня вообще никак не заботили. Что касается сегодняшнего дня, то все нарушения не в счет.
Оказавшись в комнате, я положил на пол свои вещи и не включая свет опустился на кровать. Надо же, совсем недавно мне казалось, что я не хочу спать, а сейчас думаю можно было бы и вздремнуть немного. Как все-таки приятно оказаться в своей комнате.
— Это кто здесь дверью хлопает? Павлин стриженый… — сонным голосом спросил демоненок.
— Привет, Люфик, — усмехнулся я. — Я тебя, наверное, от работы отвлек?
— Ясное дело… — зевнул он. — Ходят тут, дверями хлопают… Тигры картонные…
Утром я понял, что имел в виду Орлов, когда говорил, что мне придется несладко. В столовой на меня пялились все без исключения. Кто-то с интересом, некоторые презрительно, а несколько девчонок с какими-то непонятными улыбками.
Блин… Надо было Нарышкина дождаться, а потом уже в столовку топать. Сижу тут как пень посреди поляны, а так хоть бы с ним разговаривали. Но Лешка, как назло, сегодня опоздал. На целых двадцать минут.
Подойдя к столу, он первым делом протянул мне руку и уважительно кивнул.
— Прими мою благодарность за помощь нашему роду, — на полном серьезе сказал он.
— Леха, ты чего? — спросил я, глядя по сторонам. — Вон все рты пораскрывали от удивления. Теперь до Нового Года будут думать, чем это я Нарышкиным помог.
— Да мне плевать, — сказал он, с вызовом осмотрелся и сел на свое место.
В этот момент в столовой на несколько секунд стало тихо. Но вскоре вновь зазвенели ложки, и все вернулись к своему завтраку. Вот только разговоры стали громче.
— Пусть хоть до следующего лета думают, что ты такого сделал, — сказал он уже несколько тише. — Вчера днем мне звонил отец, так что про Ивана я все знаю.