— И то верно, — неожиданно согласился со мной хозяйственный Дориан. — Пусть теперь и Романов у нас в должниках ходит. Приятно, когда у самого Императора в любой момент можно что-нибудь попросить.
— Василий Юрьевич, а, может быть, пусть он Черткову что-нибудь подарит? — предложил я. — Вдруг Александру Григорьевичу что-то нужно?
— Черткову? Хм… Я передам ему твои слова, — сказал Дракон и встал со своего места. — Ладно… Ты в «Китеж» собираешься, или все-таки еще на ночь здесь задержишься?
Что за вопросы! Конечно собираюсь!
Перед тем как лететь в «Китеж», мы еще задержались на ужин, без которого меня не отпускали. И правильно сделали, между прочим, есть хотелось просто караул. Я вообще заметил, что если по некрослою не просто гулять, а еще поучаствовать в какой-нибудь заварушке вроде драки с проклятием, то аппетит потом зверский. Такое ощущение, что слона бы съел.
На прощание я заглянул в палату к Ивану Нарышкину, но он спал, так что пожелания скорейшего выздоровления передал ему через Черткова, который оставался здесь еще на пару дней. Вот ведь, а обещали, что со мной вернется…
В отличие от княжича, он был бодр и все время бурчал на целителей за то, что его не хотят выпускать сейчас. Он хотел вернуться в школу магии вместе со мной, а лежание в постели считал напрасной тратой времени.
Не знаю, я все-таки не целитель, и им, конечно, виднее, но мне тоже показалось, что ничего страшного с ним не происходит, чтобы обязательно здесь держать. Правда левая рука у него была загипсована и ее поддерживал фиксатор, но в остальном наставник выглядел целым и невредимым.
Так что, на мой взгляд, за ним вполне мог приглядеть и наш Веригин. Для него лечить переломы — это обычное дело. Недели не проходит, чтобы в медицинский блок кто-нибудь из учеников с подобной травмой не попал. Вечно ломают то руки, то ноги…
На прощание он сказал мне, чтобы я не расслаблялся и до субботы он обязательно приедет. Будем учить оставшиеся некросимволы второй дюжины и понемногу перейдем к третьей. Я и не против, только рад буду его видеть.
В «Китеж» я вернулся за полночь. Николай Федорович лично сопровождал меня в этом полете. Сказал, что ночью он редко работает, так что может себе позволить полетать на вертолете в свое удовольствие.
За прошедшее время я вдоволь выспался на объекте «Волга», так что почти всю дорогу мы с ним разговаривали. Он мне рассказывал всякие забавные истории из прошлого, когда Лешка с Иваном были еще маленькими и чудили как могли.
Вот я, например, не знал, что в свое время мой друг и по совместительству младший княжич Нарышкин, как-то раз слопал червей, которые были заготовлены для рыбалки. А также имел привычку зачеркивать в школьном дневнике двойки и исправлять их на пятерки. Чтобы не возникало никакого сомнения рядом писал буквами «пять».