Теперь сам сразу говорю освобожденным крестьянам, чтобы выдвигали из своих рядов самых уважаемых и авторитетных парней. По всяким вопросам общаюсь уже с ними, так получается лучше управлять большой толпой не слишком организованных молодых парней.
— Есть к вам серьезное дело! — обращаюсь я к прибывшим командирам. — Нужно собрать три большие палатки и поднять их наверх вместе с печками. Нет, пока все же две, еще одна сушилкой поработает всю ночь потом.
— Сделаем, господин Капитан! — заверяют меня командиры.
— Но не просто так сложить, а найти подходящее место побольше и углубить его, вынув навалившиеся камни. Потому что там спрячем все палатки завтра и все печки тоже! — добавляю я. — Место я сам поищу сейчас! Выполняйте!
Командиры убегают, все они на большом подъеме от своей, так внезапно изменившейся судьбы.
Сняли со своих суровых командиров все мало-мальски ценное, тела выкинули в ближнюю пропасть. Теперь даже воевать ни с кем вообще не приходится. А впереди сегодня снова сбор трофеев предстоит, как тут не радоваться новой жизни.
— Решили для нас все добро здешнее припрятать на будущее, господин Капитан? — понимает Бейрак.
— Да, чего хорошее добро зря терять. Нам палатки с печками самим понадобятся довольно скоро. Завалим их камнями, потом тут все снегом заметет. Поэтому никто по весне уже ничего не найдет, — объясняю я. — Чем самим потом шить, варить и подобную тяжесть так далеко тащить!
Так что я сам ищу подходящее место для тайника, нахожу солидный такой провал за одной скалой примерно в километре от перевала и показываю его крестьянам.
— Сюда складывайте! Сначала печки сложите, палатки пока рядом оставьте, завтра утром все остальные печки сначала поднимем! — я решаю вообще ничего не оставлять на месте лагеря.
Пара часов напряженной возни, все поднято, отнесено и правильно сложено под моим пристальным присмотром.
Дальше у нас сытный обед по расписанию и терпеливое ожидание появления врагов.
Вторая колонна наемников появляется примерно в такое же время, как вчера. Теперь неутомимо ползет наверх сверкающей гусеницей под лучами все слабее греющего светила.
Я снова поднимаю всех своих людей наверх, крестьяне ждут в своих палатках начала расстрела. Теперь я уже опытный, позволяю приблизиться дворянам и наемникам еще ближе, разглядеть всего пять палаток и только потом начинаю стрелять.
Использую пятый Палантир, который еще заряжен по максимуму, чтобы уровнять его с остальными четырьмя.
Восемь малых сгустков полетели под ноги колонне воинов, уже настоящих смертников.
По итогу разрывов аннигиляции на ногах каким-то чудом остались пятеро воинов в самой глубине строя. Они стоят, тоже сильно пораненные и ничего не понимают, только что дружно шагали к лагерю, где всех ждет долгожданный отдых. И вдруг все товарищи безмолвно разлеглись окровавленные и совсем мертвые.