Меня и Тасманова арестовали. Вскоре нас ждал суд перед самим Императором, Петром Алексеевичем Кречетом. Франко Фердини, считавший меня своим спасителем, Елизавета Сорокина и Максим Ежов выступили моими защитниками. Граф Данила Андреевич Орлов, сдержал своё обещание и также встал на мою сторону.
Орлов времени зря не терял, у него было достаточно доказательств, чтобы признать меня невиновным, а Тасманова покарать по всей строгости.
Князь Мышкин же, защищать своего подчиненного не явился, и оно понятно, почему.
Ведь у Кречета был весьма необычный и сильный дар… Праведный гнев.
Император получил неопровержимые доказательства вины Виктора Андреевича Тасманова, я же был признан невиновным, даже несмотря на все прошлые прегрешения. Ну… например, незаконные проникновение в частную собственность. Или крушение поезда «Аврора». Ведь мои заслуги перед Империей были признаны самим Кречетом. А всё остальное… просто издержки.
Праведный гнев обрушился на графа Тасманова. Его лишили титула, а большая часть имущества рода было арестовано.
Вскоре После суда Тасманова отправили в «Каменные Недра Сибири», тюрьму сверхвысокого режима, что располагалась на сибирской Изнанке. И выйдет он оттуда не раньше, чем через сотню лет. Люди, как принято, столько не живут. Даже такие сволочи.
Через неделю я смог вернуться домой, в Горелово. Где спустя пару дней я получил денежное вознаграждение от графа Орлова. Но он предпочел назвать это «вкладом» в будущее перспективного района Санкт-Петербурга. Честно говоря, такой щедрости я не ожидал, все же я не смог достать Люм. Он исчез, как и транспоратор. Но Орлов и не хотел прибрать к рукам фишку, а уничтожить. Кстати, Клещев тоже предпочел от меня отвязаться. Уж больно могущественные друзья у меня нынче, да и отбирать у меня больше нечего. Так что на память себе только розыскной плакат сохранил. Ностальгировать вечерами в поместье буду.
Ева Мышкина также сдержала своё обещание, и сохранила тело Диего Торреса в целости и сохранности, в ледяной глыбе. В компании Елизаветы, Сануры, Альберта и Евы, я организовал и посетил похороны названного брата в Испании, Гранаде. К сожалению, на родине его не признали героем. Так как Диего не смог выполнить задание короны, убить итальянского кроно-принца, семья Торресов по прежнему была проклята. Диего, как оказалось, был последним из них. Приемников не нашлось.
Я оставил на могиле пачку его любимых сигарет, там же, выкурил свою последнюю. После чего, я бросил эту дрянь. Раз и навсегда.
По возвращению в Российскую Империю, Император вызвал меня в Москву. Где я был награждён новым титулом: Граф. Фанфары играли в мою честь, но лишь среди немногих. Большую часть заслуг, и в частности событий, Император предпочёл скрыть от общественности. Я прекрасно его понимал.