— Я? — моему изумлению не было предела.
— Ну не я же. — Ты искренне считал, что показываешь ему пример того, как разрушить свою жизнь, а Анна ему подсказала, что ты это пример того, как жить не стоит. Вот увидишь, он еще и полюбит тебя за то, что глаза ему открыл на грех.
— Но книга-то его, всё равно наворотит дел…
— Это так. С другой стороны, — священник перешел на более тихую речь, — подумай, скольким людям через эту книгу ты откроешь глаза. Греха не бывает без праведности. Как и праведности не будет без греха. Именно потому Создатель наш попустил и то и другое в равной степени.
— И все же…
— Да, знаю я, Аарон, знаю. Плохая книга. Точнее — хорошая. Очень хорошая плохая книга, вот точное определение. Но Пекарев-то все еще жив. И встал на путь искупления своих грехов. Кто знает, может в процессе ему кто-то иной вариант нашепчет. Напишет, Алексей новую версию, и на волне хайпа возьмёт и выпустит альтернативный взгляд на мир. И тогда свет и тьма в этом мире вновь уравновесят друг друга.
Я молчал. Всё что сказал священник, могло произойти на самом деле. И я не мог никак поверить в то, что происходящее со мной — реально.
— Ладно, — подмигнул мне отец Евгений. — Пойду я Пекарева на путь истинный наставлять. Бывай, Аарон.
— Стойте! — Священник обернулся. — А что будет со мной? Мне что делать-то? Я теперь вообще кто?
— Ну, ты теперь точно не демон — Астарот с Мамоной от тебя открестились. Эмм, отреклись — так точнее будет.
— То есть, я типа, ангел теперь?
— Вряд ли, — с той же уверенностью ответил священник. — Мое руководство со мной вообще не часто общается.
— Да, я знаю, не те вибрации.
— Вот вот…
— А что думаете лично вы?
— А что я могу думать? — пожал плечами священник. — В тебе теперь обитает искра любви от Анны. Она же есть и в Пекареве и в Дарье. Вы теперь все отмечены любовью. Алексею и Дарье этот дар поможет построить счастливые и зрелые отношения. Надеюсь.
— А мне он на кой? Я теперь кто? — повторил вопрос Аарон.
— А ты теперь, Аарон, как говно в проруби. Только тебе решать, кем становиться и что делать. Наверх тебя не возьмут. Вниз тоже. Твой удел теперь скитаться вечно где-то посередине.
— Стыковочный… — прошептал одними губами Аарон.
— Ну, можешь и так себя называть. Я запомню. Хорошее, кстати погоняло… Ты, главное, осознай, Аарон, у тебя шанс появился.
— Шанс на что?
— Ты, Горина запомнил?
— Ворожея?
— Да.
— Запомнил.
— Вот, советую тебе с ним дружбу свести. Он во всех этих делах Ночи теперь куда больше моего сечёт. Авось и сработаетесь. А там, глядишь, и смысл жизни своей обретешь.