Я шёл, скорее брёл, на выход, оборачиваясь назад каждые несколько секунд. Нет, не ждал, что мужики, оставшиеся в лагере, крикнут: «Чэч, подожди! Неправильно всё это — вместе пришли, вместе и дальше пойдём!» Не крикнули, не переиначили решение, мной же принятое сгоряча. Оно и понятно: меня с ними ничего не объединяет, не считать же за это многомесячное пребывание в соседних камерах? Когда вопрос встал о жизни: одной или всех четверых. А долг? Можно сказать, что он выплачен сполна: я их освободил, они моё тело из замка вытащили. И сейчас, зная, что иду, можно сказать, на верную смерть, припасов не пожалели. Формально — кодекс соблюдён. С этим, к своему облегчению, даже орк согласился.
В общем, не за этим я оборачивался. К тому же лагерь уже давно скрылся за крутым поворотом и не одним. Призрака я боялся. Шёл и клял себя за то, что не спросил у Профа, через сколько примерно воплотится Шум-шу? Несколько минут или часов. Хотя подозреваю, что сам Проф не знал точно. Иначе сказал бы.
Вот и оборачиваюсь. Как выяснилось, обнаружить его могу только визуально. Дриада, исправно сообщающая о тварях и аномалиях и люто ненавидящая всякую нежить, появление призрака почему-то пропустила.
— Ушастая, как так-то? — спросил едва слышным шёпотом сразу, как лагерь скрылся за первым поворотом и уже никто, кроме соседки по голове, не мог разобрать слов.
Призрачное лицо дриады появилось сразу же. Вот только дать вразумительный ответ она не смогла. Лишь виновато потупила взгляд и пожала обнажёнными плечами.
— А сейчас сможешь? — И снова пожатие плечами, а потом, вообще, пропала.
Вот и поговорили. Потому и оборачиваюсь беспрестанно через каждые несколько секунд. Страшно. Да и навык в пустоши весьма полезный — оборачиваться проверяясь.
Кстати, об аномалиях. Я насторожённо замер на месте, как только из-за очередного поворота расщелины показался узкий выход на болото.
Над болотом было светло. Не так, как летним погожим днём, конечно. А вот как ясной летней ночью, когда в небе светит диск луны и россыпь звёзд. А, главное, ни облачка. И это в пустоши-то, в сезон дождей, когда первые просветы в тучах появятся где-то месяца через два. И что ещё удивительнее, что здесь, в расщелине… Я даже левую ладонь под капли подставил, чтобы убедиться — дождь идёт. Не ливень, — моросит, но идёт. А там на берегу болота и над ним — нет. И Луна светит так, что скалы явные тени на небольшой участок земли между каменной стеной и водой отбрасывают.
Тени! Я только что увидел свою возможность выжить. Тени! Это вход на сумеречные тропинки и пусть призрак Шум-шу или какая другая нежить попробует меня оттуда выцарапать — все когти пообломает.