— А если и вправду следят?
— Тогда психиатр увидит его адекватность и разбираться надо будет уже с соседями, — Катерина тоже взяла конфетку. Совместная трапеза сближает, особенно, когда твой собеседник ест то же, что и ты. Трюк простой, но вполне эффективный. — Обычно такие идеи — это проявления болезни. А болезнь требует препаратов.
— На меня не подействуют!
— Ну… а они тебе вообще нужны? — Катерина пригубила чай. — Ты слышишь голоса в голове? Или что-то иное есть, чего я не знаю?
Молчание. Сопение. И ещё пара конфет. И в чай ведь пять ложек сахара высыпал.
Ну да. Ему с его статью о фигуре переживать не след.
— Мне кажется, что твоя проблема, если она есть… — редко какой пациент готов признать, что она есть. — Скорее из поля работы психотерапевта. Подавленные воспоминания. Переживания…
— Как ты сказала? — Гремислав даже вперёд подался. — Подавленные… это…
— Это когда человек не помнит.
— Чего?
— Как когда. Случается, что некоторые моменты выпадают из жизни. Разум — сложная вещь. Он защищается порой. В том числе и скрывая воспоминания. Вот так выпадает из жизни день. Или событие какое-то. Или даже год… порой годы. Иногда бывает, что человек будто не помнит себя до какого-то возраста. Что совсем маленьким, это нормально, но вот когда не помнят лет до десяти там или одиннадцати — это уже настораживает.
— Подавленные… и ты можешь их вытащить?
— Не вытащить. Я в голову тебе не залезу, — поспешила заверить Катерина. — Я могу помочь тебе залезть в свою голову и разблокировать эти воспоминания. Только… это будет непросто.
Кивок.
И сомнения. Такие сомнительные сомнения, что в общем-то нормально.
— И что нужно делать? — поинтересовался некромант, дожёвывая очередную конфету, причём шоколад он закусывал бутербродом с колбасой и сыром.
— Для начала не считать меня врагом.
— Я не считаю, — светлые брови сдвинулись над переносицей. — Просто…
— Навалилось?
Кивок.
— Дело не в том, что ты думаешь… точнее повторюсь. Разум любого человека — вещь очень сложная. Многослойная… скажем, вот мы сидим и разговариваем. Так?
Снова кивок.
И опять в этом движении видится что-то знакомое, такое вот… как будто случалось Катерине уже встречаться с этим человеком.
— Ты знаешь, что я не представляю опасности. На уровне понимания. Но ниже, — она чуть опустила ладонь. — Твой разум не готов мне верить. Он видит во мне потенциального врага. И спешит защищаться. Смотри, ты и сидишь в пол-оборота, так, чтобы легко вскочить. И нож к себе поближе подвинул.
Некромант покраснел.
Густо-густо.
И нож отодвинул.
— Это нормально, — поспешила успокоить Катерина. — С учётом того, что с тобой произошло…