Герман придерживает мою голову, чтобы я не ударилась. Прижимается губами к моим. Целует как обезумевший. С лица переходит на шею, плечи, руки.
Я смеюсь сквозь слезы, пока Герман находит выход своим эмоциям.
— Помнишь, я говорил, что сегодня лучший день в моей жизни? — спрашивает меня, заглядывая в глаза. — Я ошибался. Вот теперь точно самый лучший, Тами.
В его глазах столько эмоций. Радость, гордость, счастье. Герман переполнен этими эмоциями через край.
— Когда узнала?
— Два дня назад.
Тему детей с Германом мы не поднимали. Я пока не готова была разбираться со своим здоровьем. Скорее всего, мой гинеколог прописала бы мне какие-то препараты, если бы я пришла к ней с запросом на беременность.
Мы пустили дело на самотек. Растворились друг в друге, послали все к черту и просто счастливо проводили время друг с другом.
Конечно, подсознательно я думала, что если появится ребенок — вот так, без труда, без долгих лет безуспешных попыток — это будет сродни чуду.
И однажды утром я понимаю, что месячные задерживаются.
Эмилия ушла в школу, а я как сумасшедшая рванулась к домашней аптечке, запоздало вспоминая, что тестов на беременность у меня не водится уже пару лет.
Всегда все было четко и слаженно. Со всеми своими мужчинами я постоянно предохранялась. Только не с Титовым.
Пришлось бежать в аптеку, а потом реветь, сидя на унитазе.
Не знаю, за что мне привалило такое счастье, но спасибо. Это правда. Я никогда не была счастливее.
На тот момент Герман уже уехал в командировку, и сообщать о такой новости по телефону мне показалось кощунством.
Гинеколог после УЗИ заверила меня, что все в порядке. Дала ворох направлений на анализы, перекрестила меня и отправила отдыхать.
Эмилии и родителям я тоже не стала говорить — все-таки первым должен узнать отец, так мне показалось правильным.
И вот мы здесь.
— Я счастливчик, — Герман безостановочно целует меня и продолжает: — Отхватил самую прекрасную женщину на свете.
Смеюсь от его лести, но что уж говорить — она достигает своей цели.
— Погоди.
Титов отстраняется, поднимается, уходит куда-то, но быстро возвращается и опускается на ковер возле меня. Протягивает коробочку.
Увидев ее, я сажусь ровнее и поднимаю взгляд на Германа. Тот открывает ее и разворачивает ко мне.
— Невероятно, — не сдержавшись, я ахаю.
Внутри лежит кольцо. Оно нереальное. Бриллиант гигантский… Ободок из отполированного белого золота. Все безумно лаконично, ничего лишнего.
— Оно же стоит целое состояние… — бормочу, боясь прикоснуться.
— Какая разница, сколько оно стоит, — смеется Герман. — Этот алмаз добыли здесь, в этих местах. Обработали. Я выбрал его у ювелира и попросил сделать кольцо по моему эскизу.