— Сынок, а ты звал Инессу?
— Нет, — Герман хмурится и оборачивается.
Инесса, очевидно чувствуя себя как рыба в воде, скалится в победной улыбке и подходит к нам.
— Какая радость! Вся семья в сборе, — брызжет ядом. — О, и Эмиличка тут. Герочка, ты уже сообщил своей дочери, что скоро у нее появится братик?
Демонстративно гладит живот.
— Папа? — Эми смотрит на Германа в растерянности.
— Эми, — он надвигается на нее.
— Пап? — Эми едва не плачет. — Это правда?
— Эми, послушай…
— Нет! Не хочу! Ненавижу тебя! — кричит прямо в лицо улыбающейся Инессе, а затем поворачивается к нам: — И вас тоже ненавижу!
Срывается и убегает.
Тамила
Инесса победно улыбается. План удался, именно этого она и добивалась. Глядя на ее переполненное довольством лицо, я четко осознаю, что больше никогда и ни за что даже мысли не допущу, чтобы Герман попробовал наладить отношения с ней.
Мама права: Инесса — охотница за деньгами, которая идет по своему намеченному плану.
— Я догоню ее, — говорит Герман и вылетает из ресторана.
Конечно, мы привлекаем внимание. Но сейчас на это плевать, потому что близится ночь, а наша несовершеннолетняя дочь выбежала на улицу. В неадекватном состоянии, раздетая.
Ее слова о ненависти не более чем эмоции. Я не держу зла на нее из-за этого. Мне сложно справиться с собой, хотя я взрослый человек, а ей и подавно нелегко.
Я не могу просто стоять и ждать, поэтому выбегаю следом за Эми и Германом. Бежать на шпильках тот еще квест, но я стараюсь не думать об этом.
Последнее, что я выхватываю взглядом — то, как грубо Инессу дергает Ирма и уводит в сторону служебного помещения.
На улице холодно, мое атласное платье моментально пропускает холод. Эмилию и Германа я нахожу быстро. Эми не успела далеко убежать, Герман догнал ее и сейчас пытается успокоить, а дочь вырывается из его хватки и безостановочно кричит о том, что ненавидит его.
Останавливаюсь возле них и помогаю Герману, прижимаю к себе дочку.
— Эми, милая, успокойся. Все. Все хорошо.
Эмилия утыкается носом мне в грудь, обнимает за талию и ревет. Герман смотрит на меня растерянно, судорожно выдыхает.
— Я же сказал, догоню. Куда ты выбежала раздетая? — ругается на меня, стягивает пиджак, кутает нас обеих в него. — Эмилия, давай поговорим.
Я поворачиваюсь боком, закрывая дочь от Германа.
— Гер, не надо. Не сейчас. Видишь же, она не готова к разговору. Я попрошу родителей, они отвезут нас домой, а ты иди разбираться с Инессой, — говорю уверенно, потому что сейчас поступить так будет лучше всего.
— Хорошо, Тамила, — он кивает, устало выдыхает и проводит рукой по волосам. — Вот же черт. Она специально это сделала, Тами.