Я параллельно фиксирую все пожелания в ежедневнике, чтобы, когда конкретно возьмусь за заказ, учесть все замечания.
Раздается щелчок замка, скрип петель, и по телу прокатывается низкий, до чертиков знакомый голос:
— Извините за опоздание — пробки.
Я замираю, так и не убрав ненужную перегородку на схеме. Сердце разгоняется так, что, кажется, его стук слышно всем присутствующим.
Ошарашенно вскидываю голову и упираюсь в суровый и чуть удивленный взгляд…своего бывшего, Яна Наумова.
Получается, что эта Эля – та самая, ради которой он меня бросил? И теперь им я должна обустроить уютное семейное гнездышко?!
Нина
Ян, не сводя с меня пристального, полыхающего неприязнью взгляда, делает шаг вперед. Толкает дверь, и она захлопывается с громким щелчком за его спиной. И этот звук выводит меня из оцепенения.
— Нина, пока не забыла, я хотела с вами посоветоваться: будет возможность поставить вот тут стеклянную перегородку на магнитах и сделать кабинет? – не замечая, как изменилась атмосфера, жена Яна продолжает щебетать. — А ту комнату, что мы задумали под кабинет, отдать под гардеробную…Она такая просторная, светлая…
Ее болтовня звучит раздражающим фоном. Хочется уши заткнуть, только бы не слышать. От обиды и несправедливости на глаза наворачиваются слезы.
Он это специально! Вот для чего спрашивал мой номер телефона! Чтобы прийти и унизить! Ведь одиннадцать лет назад Ян пел мне в уши, как любит, как я ему нужна…Семью хотел! Мне даже казалось, что были завуалированные намеки о ребёнке….
А сейчас он пришел ко мне с той, на кого променял. Ради кого хладнокровно меня бросил и укатил в Штаты и хочет, чтобы я им сделала дизайн-проект!
Это просто верх цинизма. Чего он добивается?! Ткнуть меня носом в то, чего добился? Унизить? Оскорбить?! Того его поступка недостаточно?
Сволочь! Негодяй!
У меня ладони так и чешутся, чтобы от души влепить Наумову пощечину. За все пролитые слезы. За бессонные ночи. За то, что с коликами, зубами и прочими прелестями материнства я справлялась в одиночку. За безденежье. За опускавшиеся руки. За страх за будущее своего ребёнка.
— Извините, — блокирую планшет и решительно поднимаюсь на ноги, складывая все свои вещи. – Я не смогу заниматься вашим проектом. У меня появились…срочные дела.
Расправив плечи, уверенно направляюсь к выходу, чеканя каждый шаг.
— Что? – ахает Эля. – Но…. Нина! Почему?! Что случилось?
— У меня высокая загруженность, — оборачиваюсь с вежливой улыбкой. – А у вас проект, который требует много сил и энергии. Я просто его не потяну. Попробуйте обратиться в другие студии. Если хотите, я могу поделиться контактами коллег.