– А ведь спустя столько лет у нас все наладилось, Эля, – прошептал он так, чтобы я чувствовала нежность и ярость в одном флаконе.
Его глаза горели и нежностью, и яростью.
Я пятилась, а он наступал. Я была жертвой, а он… кем был он? Мне было холодно и страшно, а ведь всего несколько часов назад я лежала в теплой постели, добровольно отдаваясь в его полную власть и целуя его губы, которые сейчас изогнулись в жестокой усмешке.
Еще пару часов назад я гладила его руки и обнимала его тело, а Артур собственнически прижимал меня к себе, пока мы засыпали.
Всего пару часов назад.
– Элечка, что случилось? – нарочито спокойно.
Артур делал вид, словно не догадывался, что случилось.
Словно не хотел верить в то, что я все знаю.
– Ничего. Никогда. Не наладится… – судорожно шепчу я по слогам.
Дрожу, потому что ощущаю его безграничную власть.
Я ведь знаю, каким жестоким он может быть.
Мы возле леса. Одни. Только на его стороне – мужская сила, а у меня нет ничего. Я вижу по его глазам, что он все понял. И я обо всем знаю.
Мне хочется закричать и признаться в том, что я все знаю, но именно в этот момент вихрь сильного ветра набрасывается на наши изнеможденные фигуры, едва не сбивая меня с ног.
И так я попадаю в плен его рук.
Как и этой ночью, когда я добровольно предавалась любви, расплавляясь под его прикосновениями.
– Нет, Эля. Нет, нет, нет! Я люблю тебя, слышишь? – зашептал он, удерживая меня в кольце своих рук, подобно безумному.
Шахов запрокинул мою голову вверх, и свет от его фар ослепил меня. Тогда он увидел мой взгляд и нахмурился:
– Его больше нет, – жестко произносит он.
Не верю, что Олег – его рук дело!
– Твоего мужа нет, и некому тебя забрать у меня, Эля. Я не позволю больше.
Страшно. От собственного бессилия и его безграничных возможностей – страшно. Я вцепилась в его руки. Артур продолжал удерживать меня так сильно, что становилось невыносимо жарко.
– Ты моя, Элечка. Забудь о муже. Я – твое настоящее.
Его крепкие руки схватили меня за подбородок, а внимательные глаза впились в мое лицо. Я шумно выдохнула, ведь этот лес точно станет нашим концом.
– Я знаю, что есть виновный! Есть виновный, Артур!
Мои губы обветрились, и мне пришлось их облизать. Я не чувствовала собственную кожу от оцепенения, и лишь земля хрустела под нашими ногами.
Артур дергается, устремляя взгляд на мои губы, и на секунду его глаза опасно затуманиваются.
– Глупости все это, Эля.
Трясу головой, отрицая его слова. Я знаю, что это не глупости. И я знаю, кто к этому причастен, Артур не переубедит меня.
Он держит меня. Его глаза опасно впились в мои.