Увиденное заставило меня беспомощно замереть. На фотографии, которую прислал человек, получивший от меня деньги в сентябре, был изображен Артур. Я резко прижимаю ладонь ко рту, а другая рука с телефоном дергается и случайно касается горячей чашки с кипятком.
Я не выдерживаю давление эмоций, дергаю рукой и скидываю чертову чашку со стола. Шиплю от боли, крепко удерживая в руке ненавистный мне телефон. Буквы, расположенные под фото, расплываются, но я отчаянно хочу прочесть доказательства, прилагаемые к фото. Я не могу поверить в одно фото, мне нужны доказательства! Правда? Хотя я едва верю написанному, но злость потихоньку начинает овладевать мною, и я не сразу слышу шум наверху.
Я подскакиваю со стула, а мозг отчаянно отказывался думать, но последнее, что мне хотелось, это и дальше оставаться наедине с человеком, который потенциально убил моего мужа.
А вдруг, это просто его заказ?
Сначала Олег, потом Дмитрий, которого мы вместе посадили.
А теперь я.
Вдруг?
Мозг, затуманенный страхом и болью, не хотел воспринимать другую информацию, которую ему подавал разум. Мозг просто хотел спасти меня.
Я быстро надеваю верхнюю одежду, хватаю со стола ключи от машины и вылетаю из дома, еще раз благодаря холодную ночь за то, что так тепло была одета. Не знаю, как мне удается тихо закрыть дверь, потому что эмоции бурлили во мне.
Я не хотела бежать, но ноги несли меня на свежий воздух. Я не хотела бежать, но зачем-то схватила ключи от своей новой недорогой машины.
Первым делом, оказываясь на улице, я глотаю свежий воздух. Слез нет, боли тоже нет, но этот воздух был мне необходим. Я нахожу свой автомобиль, сажусь в машину и еду, еду куда-то к лесу. Он совсем рядом с домом, поэтому я торможу на том месте, куда не выходят окна из нашей квартиры.
Что вообще происходит? Может быть, мне показалось? И в сообщении нет фотографии Артура? Съезжаю с трассы на узкую тропу, выключаю свет и выхожу из машины. Мне нужен был воздух, он дарит спокойствие.
Так, Эля, дыши. Тебе нельзя волноваться, но ты и не волнуешься, правда? Ты ведь взрослый человек и ты понимаешь, что это плохо. Тебе просто нужно было выбраться из квартиры, которая теперь олицетворяла страшные большие щупальца или вовсе клетку со зверем, с тем, кто причастен к смерти Олега.
Никто не заслуживает смерти. Никакой человек ее не заслуживает, что бы он ни сделал. На это есть гуманный суд. Дрожащими руками снова достаю телефон, передо мною сразу оказывается фотография.
Фотография Артура.
В закрепе документы, контракты, какие-то письма… от Олега. Олег просил Артура о встрече, здесь есть мартовские письма прошлого года. Затем летом была тишина, но еще одно письмо от Олега пришло Артуру в конце августа… а в сентябре Олега не стало.