Я бы хотела хотя бы с братом поговорить, узнать, как он вообще…
Неужели… Неужели так приятно издеваться надо мной?!
Но от того, что я извожу себя и психую, ничего в моем положении не меняется.
Вечер я снова встречаю в пустой квартире.
Место укола в руку все еще побаливает.
Грудь тянет. Вроде, до месячных еще далеко, а ощущение какое-то плаксиво- раздрайное.
В этих чувствах и проваливаюсь в сон…
Чтобы встретить утро и… свое пробуждение звонком в дверь…
Звонок врывается в мой сон, как удар током.
Я подскакиваю на кровати, сердце колотится где-то в горле, и несколько секунд не могу понять, где я. Эта безликая квартира-инкубатор сводит с ума отсутствием ориентиров — ни часов, ни телефона, ни единой зацепки за реальность. Только белые стены, стерильная чистота и ощущение, что меня здесь выдерживают, как дорогой сыр в погребе.
Вчера врач сказала, что за мной приедут. Сегодня?
Смотрю на электронные часы на панели кофемашины. Восемь утра. Воскресенье…
Звонок повторяется — настойчивый, короткий… Снова и снова. Таким звонком мог звонить только один человек в мире. Тот, кто теперь не просит, только требует.
На мне дурацкая пижама, в которую меня облачили «заботливые» руки ассистенток. Шелк, цвет слоновой кости, сорочка на тонких бретелях и легкие штанишки. Удобно. По-домашнему. Совсем не для встречи с дьяволом, но… и не для простых смертных… Домашний шик, нарочитый и показной… Так, наверное, ходят по своим хоромам идеальные «трофейные жены», но я не жена. Я… подарок…
Бежать переодеваться? Джинсы хотя бы напялить? Значит, признать, что я ждала. Что мне важно, как я выгляжу в его глазах. Что я до сих пор…
Плевать.
Я накидываю халат прямо поверх пижамы, на ходу завязывая пояс, и распахиваю дверь.
Он стоит на пороге.
Один. Без свиты, без квадратного Керима. В идеально сидящем темно-синем пальто с капельками утреннего тумана на плечах. Под пальто угадывается дорогой костюм — угольно-серый, безупречный. От него пахнет морозной свежестью, дорогим парфюмом с нотами бергамота и табака. Удивительно… Я узнаю этот запах, хоть и знаю, что сейчас это что-то дорогое и селективное. Такого не было тогда, когда мы встречались…
Пять лет. Пять лет я не видела его так близко.
Он окидывает меня взглядом. Спутанные после сна волосы — моя гордость, моя белоснежная копна — сейчас напоминают воронье гнездо. Бледное лицо без грамма косметики. Этот нелепый халат поверх пижамы. Я знаю, как я выгляжу. Как женщина, которую застали врасплох.
И плевать. Не получилось идеальной глянцевой картинки, под которую меня шлифовали. Не в моих интересах сейчас высказывать свой протест, но внутри зреет острое желание показать свое фи… Хотя бы завуалированно. Вот такая я. Казачка…