Остаток ночи прошёл спокойно, даже получилось немного подремать.
Утром я показал Шарфикову, как сдавать смену. Как раз пришла Агишева.
— Татьяна Тимофеевна, — сказал Шарфиков, когда я доложил всё по пациентам. — А там в коридоре лампочка мигает. Возле семнадцатой палаты. Надо бы поменять, а то страшно.
Агишева кивнула.
— Спасибо, Станислав Олегович, — сказала она. — Передам хозяйственной службе. Ну как, разобрались с дежурством? Сможете брать полноценные смены?
Он зачем-то посмотрел на меня. Я улыбнулся и кивнул.
— Сможет, — сказал я. — Когда там ближайшее окошко есть?
— Вот, с пятницы на субботу, — ответила Агишева. — Тогда ставлю вас. Первое самостоятельное дежурство.
Шарфиков с готовностью кивнул.
Мы вышли из стационара и пришли в поликлинику. Я по своей традиции пошёл в столовую завтракать, Стас увязался со мной.
А в столовой по традиции сидел Савинов.
— О, дежурные пришли! — помахал он нам рукой. — Как ночь?
— Спокойно в принципе, — ответил я, присаживаясь напротив него. — Если не считать летучую мышь.
— Какую ещё мышь? — удивился Савинов.
И Шарфиков тут же гордо принялся рассказывать. Про летучую мышь, про Козлову, про уколы. А потом и про вчерашнее освидетельствование пьяного, и про легионеллёз. Всё в максимальных подробностях, чуть ли не поминутно.
— Саня меня так натаскал! — похвастался Стас, и взмахнул вилкой с омлетом. Кусок омлета улетел в сторону, но тот этого даже не заметил. — Я теперь хоть сто дежурств могу! Я теперь легионеллёз с закрытыми глазами узнаю! Поступает пневмония, и я сразу спрошу, кем человек работает. Водосток чистил? Опа, легионеллёз! Я теперь учёный.
— Ну прямо профессор, — усмехнулся Савинов.
— А то! — важно кивнул Стас.
Я только головой покачал. Энтузиазм у парня бил через край. Главное, чтобы в нужное русло.
Шарфиков ещё минут десять рассказывал про дежурство, а потом отправился к себе в кабинет. Мы с Савиновым остались вдвоём.
— Сань, у меня опять проблема, — сразу же сказал он. — Марина хочет, чтобы я научился готовить. Ну, для будущего ребёнка. Говорит, нельзя, чтобы отец семейства даже яичницу пожарить не мог. А я вообще не умею. Совсем.
Что ни день так новая проблема.
— И в чём беда? — уточнил я.
— Вчера сварил макароны, — Савинов тяжело вздохнул. — И мои макароны слиплись в один ком. Их невозможно было есть! Марина сказала, что такими темпами наш ребёнок будет голодать. А я не могу этого допустить!
Я с трудом сдержал смех.
— Ярик, всё решаемо, — сказал я. — Существуют же специальные ролики в интернете. Пошаговые рецепты для начинающих. Включаешь себе такое видео и тупо повторяешь все ходы. Начни с омлета. Там всего два ингредиента, яйца и молоко. Испортить почти невозможно.