Не откладывая в долгий ящик, Дамиан начал, как я поняла, собираться. Что тоже было умно: он выйдет вместе со мной и просто не вернется обратно. Первым делом он встал на колени, открыл крышку сундука, покопался там, затем поднялся и сунул что-то – похоже, какой-то мешочек – себе за пазуху, а мне протянул крошечное кольцо на тонкой цепочке.
Однако такая себе замена деньгам и брошке, которую он получит от Тины.
– У меня нет больше трав матери, – тихо и очень торжественно произнес Дамиан, – у меня нет силы отца. Я не могу ничем вам помочь против мук, которые вас терзают, – он указал кивком на мою ногу. – Это не сделает вашу ногу прямой. Увы, нет подобного колдовства и нет даже у Всех Святых такой силы. Но рингат исцелит вас от болей – носите его, не снимая.
Я протянула ладонь, и кольцо – надеть его можно было разве что на детский пальчик – упало мне прямо в руку вместе с цепочкой.
– Это не…
– Это не колдовство. Не то, которое обратит на вас внимание, и в нем нет никакого зла. Амулет ничем не отличается от монашеских рингатов, разве что меньше размером, отец сделал его для меня, когда в детстве я заболел. Сотворить такой амулет колдун может только однажды и только если даст обет Всем Святым отдать свою жизнь в обмен на силу рингата. Но вот когда Все Святые потребуют платы и потребуют ли – не знает никто…
Я надела цепочку на шею и спрятала рингат под рубашку. Какое-то время прислушивалась к себе, но не чувствовала никаких изменений. Наверное, должно было сработать самовнушение, но чтобы что-то себе внушить, в это надо как минимум искренне верить.
– Пойдем, ваше сиятельство. Выйдем вместе и разойдемся.
Все, как я и предполагала. Дамиан помог мне подняться, открыл дверь – налегке, надел только синюю шляпу, и я пошла, еле сдерживаясь, чтобы не сказать – ни черта твой подарок, дружок, не работает. Боль была сильная, но терпимая, я уже не кусала губы и не пыталась подавить стон и слезы. Мы прошли мимо господина Бака, который покосился на нас, но ничего не сказал, но если бы и сказал, мои карманы были пусты, в них гулял ветер.
Мы вышли на улицу, и я так и не поняла, слышу я действительно чей-то голос или это мое подсознание шепчет, что жить мне девицей, вековать век. К счастью, потому что и медицина здесь – лотерея, и замужество в мои планы не входит, а уж роды – тем более. Но и Дамиан мог заблуждаться насчет колдунов. Отбор отбором, может быть, правящая династия к той королевско-магической отношения не имеет, так что какие там у невесты брови, уже без разницы, но как знать, возможно, королева на брови девичьи тогда и махала ручкой – мол, уберите, она немодная?.. Я обернулась, чтобы спросить, но Дамиан уже растворился в толпе – я его больше не видела.