Дарственная на имение где-то в княжестве кайзерата на имя Иоанны ван Агтерен, жалованная «на имя ее». Я стушевалась, в знакомом мне праве такого не было, можно сказать, я даже несвойственно занервничала, но муж объяснил мне, что это означает. «На имя» – значит, имущество, на которое никто кроме собственника не имеет права и которого человек может лишиться лишь в случае смерти или же если тот, кто его пожаловал, не решит, что поторопился и не отберет эту грамоту так же легко, как и дал. Я понадеялась, что тот, кто дал мне ее – судя по всему, сам великий кайзер – очень скоро обо мне просто забудет. Да и имение там не то, чтобы рвать за него глотку, если земли самой Федерики можно за пару часов обойти.
О причинах жалования мне сей грамоты я приказала себе не думать. Можно ведь и продать дареного коня – и концы спрятать в воду. Я надеялась, что это не запрещено.
Не забыл про меня и Арье, хотя его я давно выкинула из головы. «На имя Иоанны, отныне ван Агтерен» – два доходных дома, и до меня наконец дошла вся ирония ситуации. Арье таким изящным образом женил королевского судью с великим будущим на обычной купчихе, обрезав молодой жене всякие связи и с Йоландой ван дер Вейн, и даже с Бигге Керном. Жалованный свиток его высочества поджидал меня в моей комнате на столе, супруг мой этот дар пока что не видел, и я решила, что так и быть – что муж не знает, ему и не повредит. Зато у меня появилось занятие помимо воспитания детей и обучения судьи основам правоведения: купчихам во все времена было позволено много больше, чем простолюдинкам и аристократкам, ибо деньги в любом мире и в каждой эпохе любят внимание и тщательный счет. Но, посидев прямо в свадебном платье за столом и поразглядывав грамоту, я решила, что доходные дома будет ждать та же участь, что и имение: что-что, а заметать следы я научилась на многократно проверенном чужом опыте.
Иоанна, мое новое имя – а они все были в курсе, подумала я: Мартин, Федерика, Арье, мой муж. И последний, конечно, был обязан со всем заранее согласиться.
За окном понемногу темнело, где-то ругались торговцы, визжала недовольно свинья, а я изумлялась причудам судьбы.
Мне достались титул и богатство вместе с хромой ногой и тиранкой-матерью – и билет на отбор невест, возможно, в один конец. Я безвозвратно потеряла титул и деньги, получив взамен дар колдуна, и затем отдала и его, чтобы снова в итоге заполучить богатство и титул. Тиранка-мать скоро станет родственницей короля – у меня мелькнула ехидная мысль, что лучше бы графине ван дер Вейн хвалиться высочайшим родством в пределах имения – курам да козам, иначе ей быстро и радикально заткнут не в меру болтливый рот. Судья обеспечил себе карьерный рост – над этим предстояло еще поработать – и внукам защиту, тут он мог не сомневаться. И, что, конечно, было гораздо призрачнее – благоволение Арье как будущего короля. В любом случае реформы судье дадут хотя бы опробовать.