— Ага, — ответил несколько прифигевший Казаков. — Я догадывался, что это что‑то вроде лекарства, но чтобы так… Вы меня поймите правильно, — опомнился он, ведь Добрый Ангел сторонних разговоров не одобрял, — у меня в голове столько всякой информации, а я не понимаю, что она всё значит. Вот и с регенератом так.
— Успокойтесь, молодой человек, — благодушным тоном ответил Хлыст. — Ваша реакция и волнение абсолютно нормальны. Более того, если это вас успокоит, без постоянной подпитки извне, освоения на практической основе или же возникновения стойкой ассоциативной структуры, вся эта информация безболезненно растворяется в глубинах памяти. По тому же принципу, по которому бледнеет татуировка игрока, когда он долго не заходит в Игру.
Мастер указал на лесного кота, изображённого на руке Андрея, зверёк сейчас положил голову на лапки и вроде как спал, а может, притворялся таковым?
— Так это что же, если надолго покину Стратегию, я всё забуду?
— Забудете вряд ли, хотя растеряете большинство приобретённых навыков наверняка. Но мы сейчас не об этом. Гипнотерапию вы освоили хорошо, теперь переходим к следующему шагу в адаптации, самому сложному.
— К какому?
— К людям. Монстров и карту Города вы запомнили, это самое простое, а что касается людей, тут я вам гипнотерапией помочь не смогу, понять всё и адаптироваться вы должны сами. Я могу лишь направить ваши мысли и поступки в определённое русло. Скажите, чем отличается воин от обычного человека.
— Хм… ну воин убивает.
— Простой крестьянин тоже может убить, в чём тогда отличие?
— Воин специально готовится к тому, чтобы убивать, не знаю… к тому, чтобы рискнуть своей жизнью.
— Отлично! — поздравил мастер адаптации. — То есть профессия воина в том, чтобы убивать и рисковать быть убитым самому. Значит ли это, что он не дорожит своей жизнью?
— Нет, наверное.
— А чьей жизнью, по‑вашему, может дорожить воин, кроме своей собственной.
— Своих близких, своих боевых товарищей, — не задумываясь, ответил Андрей.
— Блестяще, вы сами ответили на все вопросы. Позвольте мне только верно расставить акценты. Воин дорожит жизнями своих близких, что, собственно, нормально, каждому из нас знакомы родственные чувства, чувства близости к человеку, но в то же время мало дорожит жизнями посторонних ему людей. Потому что специфика его работы не только в том, чтобы рисковать собственной жизнью, но и в том, чтобы отнимать чужие жизни.
— Погодите, а как же солдаты на войне, которые спасали мирных жителей даже ценой своей жизни?
— Прошу заметить, что, скорее всего, рискуя собой, они спасали жителей своего государства. Чаще всего так и бывало, правильно?