— Безусловно. Но сейчас, Кирилл Матвеевич, меня гораздо больше заботит развитие не моторики, а взрывной силы мускулов, — я подался вперед, понизив голос до заговорщицкого шепота. — Как вы знаете, через неделю мне предстоит Суд чести. Мезинцев выставит против меня бойца ранга «Отрок». Однако, я уверен, что без пакости с его стороны не обойдётся. А чтобы это по меньшей мере, уравновесить, понадобится ваша помощь. Мне нужна небольшая… алхимическая фора. Один катализатор, который может увеличить нагрузку на мышцы в момент удара.
Морозов-старший скептически приподнял бровь.
— Любой допинг на арене под жестким запретом, Елисей. Имперские дознаватели вывернут твою ауру наизнанку перед боем. Если найдут следы алхимии — тебя казнят прямо на месте за поношение традиций Суда.
— Это не допинг в привычном смысле, — я иронично усмехнулся, глядя ему прямо в глаза. — Скорее, биологический катализатор. Он полностью ассимилируется организмом за пару часов до боя и не оставляет магического «выхлопа». Я не хочу показаться наглым, но мне жизненно необходим доступ в по-настоящему серьезную лабораторию. Буквально на вечер и ночь. Сами понимаете, в Академии мне этого сделать не дадут.
Кирилл Матвеевич долго молчал, мерно постукивая пальцами по столу. В его голове сейчас щелкали невидимые счеты, взвешивая риски. Помочь Ярославскому — значит еще крепче привязать древний род к своему. А если этот друг сына выиграет Суд чести, то авторитет Морозовых, как его покровителей, может подняться.
Всегда приятно осознавать, что во многом благодаря твоей помощи победителем стал хороший знакомый.
— В Академии действительно слишком много любопытных носов и длинных ушей, — наконец произнес он, принимая решение. — Приезжайте сегодня вечером к нам в особняк. У меня в цокольном этаже оборудована личная лаборатория. Уверяю вас, ей позавидуют лучшие спецы из имперского департамента алхимии. Там вас никто не потревожит. Даже Миша.
— Обязательно приеду. Вот как только отработаю наряды вне очереди от полковника, так сразу же и приеду, — подмигнул я в ответ.
Особняк Морозовых встретил меня симпатичной обстановкой. Современная мебель, экологические ковры, панно на стенах. Повсюду красовались пистолеты и тяжелое холодное оружие на стенах, которое, я уверен, регулярно смазывали маслом.
После ужина, на котором я был сама любезность и предупредительность, Михаил показал мне свою комнату. Ну, нормальная обычная комната аристократа. Аскетичность, ничего лишнего. Во многом похожа на мою. Даже носки точно также валялись под компьютерным креслом. Ну, и три вышитые картины, которыми Мишка очень гордился.