— Как прикажешь, государь.
В кабинет царя прошли только мы с отцом и братом. Ирина Руслановна и Ксения остались дожидаться нашего возвращения в приемной. Ажиотаж среди благородного сословия после случившегося на Красной площади медленно стихал, и в это время Демидовы стали магнитом всеобщего внимания, как наиболее приближенный к нам род.
Руслан Александрович воспользуется случаем, чтобы намекнуть кому нужно о своих новейших разработках и своем влиянии на нашу семью. А значит, через руки князя Уральского потекут новые денежные потоки.
С ними же остались и Морозовы. Инга Валентиновна как боярыня Уральская вошла в свиту Марии Евгеньевны Демидовой. В то время, как Виктория Львовна и вовсе была моей невестой, что автоматически повышало отношение к ней окружающих аристократов.
В царском кабинете ничего не изменилось с тех пор, как я был здесь в последний раз. Разве что слуги подготовили еще пару кресел перед столом государя, чтобы мы могли разместиться перед Михаилом II все вместе.
Невский и его ЦСБ пока еще наводили порядок на площади перед Кремлем, собирали показания, снимали копии с камер видеонаблюдения. Емельян Сергеевич вряд ли закончит сбор информации раньше утра, так что времени поговорить без посторонних у нас с царем хватало.
— Сперва хочу послушать, что расскажет Дмитрий, — объявил Михаил II, и я приступил к рассказу.
Государь не перебивал, хотя я видел, как его пальцы то и дело пытались сжаться в кулаки. Однако по итогу моего повествования больше всего царя заинтересовал финал схватки.
— И ты можешь мне показать, что это за ключник? — спросил он меня.
На настенном телевизоре появилось изображение с камеры видеонаблюдения из Тауэра. По моему жесту «Оракул» приложил рядом чуть смазанный кадр, где Виндзора с переломанными руками буквально перехватывают на бегу. И третьей была картина. На всех трех изображениях, безусловно, был один и тот же человек.
— Это и есть наш Людвиг? — уточнил государь, разглядывая мужчину на экране.
— Во всяком случае, так к нему обращался сам Виндзор, — ответил я. — Насколько это имя реально, мне пока установить не удалось. Возможности «Оракула» за границей серьезно ограничены.
Михаил II повернулся к моему отцу. Князь Романов, которого по пути в кабинет исцелил Ерофеев, еще немного щурил глаза, хотя белки уже были чистыми.
— Я его не знаю, государь, — пояснил Алексей Александрович. — Но судя по тому, что мы уже дважды видели, как работает его родовой дар, могу предположить, что этот Людвиг никак не связан с Воздухом. Его скорость не просто нарушает законы физики, этот ключник вообще не подвержен влиянию времени. И для того, чтобы и Виндзор смог уйти, Людвиг вынужден его касаться, как видно на кадрах из Тауэра и с Красной площади.