Рядом с нами Габриэлла чуть слышно шелестит своими золотыми крыльями, словно в такт напряжённому ожиданию. Чуть поодаль, держа дистанцию, стоят мои тавры. Ещё дальше, на границе видимости, один из отрядов Рвачей прочёсывает рощу, откуда они только что эвакуировали гулявших по парку жителей. Настю и Змейку я заранее отправил домой — в этой заварушке им делать нечего, пусть отдыхают.
Бер лениво перекатывает в руках свой фламберг
— Даня, а мы что, не будем помогать этому кровавому чучелу?
— «Даня»? — взгляд Габриэллы становится колючим. — Король Данила, по-моему, твой оруженосец позволяет себе нахальное панибратство в отношении своего короля.
— Оруженосец⁈ — Бер едва не захлебнулся собственным возмущением, распрямляясь и сжимая рукоять фламберга. — Я — лучший мечник Золотого Полдня! Да я за свою жизнь положил десятки…
— Потом похвастаешься, Бер, своими подвигами, — отрезаю я, и кузен, затыкается, недовольно сопя.
Ангел, не обращая внимания на их перепалку, переводит взгляд на меня:
— Король Данила, откуда этот Принц Кровавой Луны вообще вышел на тебя?
— Да пристал по дороге, — вздыхаю. — Всё твердил: «Убей, да убей». Прямо как попугай.
— Может, всё же ему помочь? — уточняет Ангел, глядя на бой, где уже хлещут целые фонтаны чёрной и багровой жижи.
— Пусть отвлекает Спрута, — отмахиваюсь я. — Я жду своего Дракона, и тогда быстро разберусь здесь.
— То есть на Принца ты не надеешься? — округляет глаза Габриэлла.
Как раз в это время теневой Спрут явно перехватывает инициативу: с силой опрокидывает Грандбомжа, разрывает десяток его кровавых щупалец, сам Грандбомж, вылетев из своего «кровавого спрута», кувырком уносится куда-то в сторону ближайшего квартала. Там он теряется среди крыш, оставив за собой вмятины на черепице и каменных парапетах.
Слабоват нынче Грандбомж, конечно. После боя со мной, он ослаб и не мог завалить Спрута, который соответствует багровому уровню угрозы.
Впрочем, Грандбомж точно не убьется. Его бешеная регенерация работает в автоматическом режиме, и, признаюсь, я ни у кого не видел ничего подобного. Даже если пропустить его через мясорубку и разнести на куски, магия, встроенная в его тело, соберёт его обратно по ДНК-коду, словно сложит пазл. Единственное, что действительно способно его убить, — некротика, и то не всякая, а высококонцентрированная.
Золотой, наконец, подлетает, расправив свои сияющие крылья.
— Что надо, человек? — раздраженно спрашивает по мыслеречи желточешуйчатый. Он в последнее время не в духе из-за своей диеты. Но его никто не заставлял мучаться ради Одарения.