Я усмехаюсь, перебрасывая одной рукой яблоко в ладони.
— А я что, против? Пусть ест. Но если сожрёт — про Одарение может пока что забыть.
— Понятно. Ох, хрусть да треск! Хлебну я с этой ящерицей лиха, — жалуется Ледзор и отключается.
Я разворачиваюсь. Лакомка уже ловко расставила поднос с яблоками.
Мы сидим вдвоём в домике сада: я — в кресле, она — на подоконнике, болтает стройной ногой. Болтаем об успехах жены, и в этот момент слуга приводит Масасу. Чёрная мантия едва сдерживает её формы, ткань натянута на изгибах. Взгляд леди цепляется за яблоки — и на тёмном лице, на мгновение, проскальзывает тень желания.
— Леди Масаса, — говорю, встав и указывая рукой на угощение. — Мы с Лакомкой восстановили новую яблоню в Молодильном саду. Не желаете попробовать?
— Я почту за честь, конунг Данила и дроттинг Люминария, — отвечает леди Организатор и тут же накидывается на стол. Игнорирует порезанные дольки, как и дымящуюся шарлотку, берёт цельную янтарную сферу и кусает, зажмурившись от удовольствия:
— Ох, Боги… — шепчет она. — Я за это яблоко душу продам…
Я улыбаюсь, да и Лакомка польщена до глубины души.
— Ну, душу не надо. А вот рассказать, как устроен мир херувимов — если честно, будет очень даже щедро с вашей стороны.
Масаса кивает и снова кусает фрукт:
— Конечно, я понимаю, что после столкновения с Ангелом вам требуется эта информация, и даже немного подготовилась для такого случая, — смущённо добавляет она и оглядывается по сторонам. — Конунг, а у вас не будет проблем, что вы принимаете Организатора на землях Багрового Властелина?
— Не будет, — отмахиваюсь. — Багровый дал мне полную автономию на этом участке территории, и я вправе принимать у себя кого угодно.
Масаса расслабляется и начинает:
— У херувимов есть десять могущественных Домов и куча мелкой знати вокруг. Эти Дома охраняют Демонскую Стену.
Я приподнимаю бровь.
— Демонская? Это что ещё за стена такая?
Масаса кивает, будто ожидала вопрос:
— Это граница. Часть их мира отрезана Астралом. Всё, что за стеной, — уже не их территория. Астрал там материализовался, закрепился. И теперь эти Дома сдерживают его, чтобы он не пошёл дальше.
— То есть у них там прорыв? — удивляюсь. — А какова его сущность? Это Астральные карманы?
— Уже не Карманы, хоть и когда-то были ими, — вздыхает леди-«шоколадка». — За стеной — гигантская, стабильная материализация.
— И насколько велик прорыв?
— На треть планетарного шара. Там целый край мира под властью Астрала.
Я перевариваю услышанное. А потом выдыхаю:
— Хочу в мир херувимов.
После разговора с Масасой я выхожу в ментальный эфир и нахожу Зелу. Альва стучалась по мыслеречи во время общения с леди Организатором, но вопрос был не срочный, и я отложил его на потом.