Оглядываю своих.
Василиса качается, как трава на ветру. День у неё был, скажем прямо, стрессовый. Гепара уже сонно зевает, Михаил тоже иззевался. Только Красивая всё ещё готова кого-нибудь порвать. Но вообще-то время — спать.
— Выставим очередь в караулы, Данила Степанович? — предлагает Михаил;
— Спите. Я посторожу, — бросаю.
Михаил вскидывает брови:
— Всю ночь, Данила Степанович?
— Верно, Михаил Семёнович. Я чувствую пространство. Никто не подберётся незамеченным.
Он мнётся:
— Я не сомневаюсь, вы уже это доказали, Данила Степанович… Но вы что, разве совсем не спите?
— Как же? Сплю. Просто умею совмещать несколько дел. Ложитесь, — усмехаюсь. — А то сейчас сами упадёте.
— Я не слышал о телепатах с такими техниками, — бормочет он растерянно, глядя, как его Василиса уже свернулась клубком на мху. Гепара — тоже. Я сказал «спите», а больше моей избраннице и не нужно.
Думал, Михаил еще что-то скажет, но он без перехода вдруг говорит:
— Спасибо вам, Данила Степанович. Вы спасли мою супругу. Я вам должен.
Я лишь киваю. Я не забываю долгов. Особенно когда муж сам сглупил и повёл жену туда, где не мог её защитить.
В общем, сын Мерзлотника завалился спать, а я решаю просканировать вепрей — но нет, ни один не дотягивает до Оранжевого уровня. А вот тот глыбник — точно интересный образец.
Спать я, кстати, так и не лёг — решил помедитировать. Да и длительный сон мне не особо нужен, пары часов за глаза хватает. Как раз через пару часов и чувствую приближение Оранжевого. Ментальный контур прорезает пространство, как раскалённый нож. И злость в нём — прямо обжигающая. Оранжевый возвращается за «украденной» самкой.
Я оказываюсь на ногах ещё до того, как осознаю движение. Мгновенный импульс уходит к вепрям: боевая готовность. Остальных бужу ментальным будильником, и все тут же вскакивают.
— В гости пожаловал главный летун, — бросаю, ловя их встревоженные взгляды.
Спустя пять минут в пещеру врывается небольшая стая, с Оранжевым во главе. Его черные бусинки-глаза не отрываются от желанной цели, даже когда он разрывает наших вепрей, бросившихся в атаку.
Пока кабанчики отвлекают стаю, я оборачиваюсь к Василисе. Та в панике смотрит на клокочущего глыбника.
— Придётся разочаровать вашего ухажёра, Василиса Георгиевна, — грустно сообщаю.
— Ухажера? Что вы имеете в виду, Данила Степанович? — растерянно переспрашивает она.
— Тот глыбник думает, что вы — самка, — спокойно отвечаю.
Она вскидывает брови. Осознание приходит быстро.
— Я… самка?
— Ваш воздушный шлем имеет форму клюва. Вот вы ему и понравились. Придётся объяснить ему, что вы заняты, а лучший для этого способ показать ваше обручальное кольцо.