— Пожалуй, мы пойдём, конунг, — говорит Масаса, вставая.
Ангел, бросая на меня недовольный взгляд, всё же послушно следует за ней.
Хорошо ещё, что из них двоих главная Масаса — её, в случае чего, можно и яблоками к себе расположить. Да и в целом она нормальная, в отличие от некоторых.
— Всего доброго, уважаемые Организаторы, — киваю.
Ангел и Масаса недолго задержавшись, исчезают в портальной вспышке, словно их здесь и не было.
Я поворачиваюсь к настоятелю. Его лицо — смесь смятения, страха и упрямства.
Бросаю коротко, без лишних реверансов:
— Даю вам день на раздумья. Если не будет капитуляции — мы снова пойдём на штурм. Надеюсь, вы сумеете решить, зачем вам ещё раз воевать со мной. Если только не ради вашей разоблачённой Великой Идеи.
На этом я прощаюсь и вместе со своими выхожу во двор.
Феанор топает следом, шумный и недовольный.
Големов оставляю на месте — интересно будет посмотреть, что монахи станут с ними делать.
Закладываю каменным парням простую команду: реагировать только при явной угрозе.
Во дворе даю Ледзору и таврам отмашку — быстро грузимся в машины.
Я забираюсь на средний ряд в шестиместной тачке и устраиваюсь сразу за водителем. Настя устраивается рядом, чуть касаясь меня плечом. Жена сама ещё удивлена произошедшем, а точнее тем, как все гладко прошло.
Через несколько минут движения она тихо спрашивает:
— Даня, ты думаешь, монахи могут сдаться?
Я чуть качаю головой:
— Настоятель — точно нет. Он хоть и испугался, но фанатик до костей. А вот остальные монахи возможно. Я для них и говорил про Провидение, в общем-то. Посмотрим, выльется ли это во что-то.
Откидываюсь на спинку сиденья. Главное — мы посмотрели на силы монахов. Если дойдёт до повторного штурма — будет куда проще. Сегодня не хотелось рисковать жизнями тавров и сражаться с кучей одержимых. Потому мы просто узнали расстановку сил. Много у них одержимых, очень много. Но это уже не сюрприз.
Сзади слышится тигриный зевок. Красивая, устроившись на сидении за мной, лениво потягивается, широко раскрывая пасть, а потом, потянувшись вперед, кладёт подбородок мне на плечо.
Тяжеловато, но приятно.
— Ловко, — мурлычет она.
Я усмехаюсь, на автомате поглаживая её между ушей:
— Ты про монахов?
Настя улыбается, чуть наклоняясь вперёд:
— Думаю, скорее про Багрового Властелина.
— А, да, — киваю я, лениво водя пальцами по полосатой макушке Красивой. — Теперь он будет осторожнее с нами. Из-за Организации.
Настя кивает в ответ, в её голосе звучит задумчивость:
— А Организация теперь будет осторожнее с Багровым Властелином.
На это Змейка, сидящая в дальнем углу, фыркает, встряхивая змеями-волосами: