Вокруг бойня резко прекратилась. Одержимые монахи замерли без единого приказа. Големы тоже остановились, но там, кажется, вмешался сам Филинов: менталист взмахнул жезлом, тем самым заморозив на месте каменных стражей. А монахи оцепенели, увидев, как один из их братьев только что пал от руки вассала Багрового Властелина.
Что же скрыто в этом юнце, что даже Тот, Кто Восседает Над Кровью, заключил с ним союз?
Да, монахи верили в Провидение. Им необходимо было использовать мальчишку для Великой Идеи. Но использовать его против воли — теперь это казалось не только безнадёжным, но и смертельно опасным.
Настоятель торопливо передал мыслеречью своим послушниками во дворе приказ: замереть. Прекратить бой. Отступить. Почти сразу из окон перестали доноситься звуки схватки. Вслед за монахами остановились и люди Филинова.
А сам настоятель до сих пор не понимал, как Багровый Властелин вообще смог сюда явиться. Ведь охранные глушилки должны были запечатать Обитель от любых порталов.
И тут Филинов, словно дразня его, весело подмигнул. Настоятель, хоть и с запозданием, начал понимать. Големы. Именно те големы, которых герой подчинил себе ещё раньше, незаметно нашли и разрушили спрятанную глушилку возле зала. И только после этого каменюги бросились на монахов.
Но как юнец сумел забрать власть над големами? Что это у него за палка такая, во имя Великой Идеи⁈
Настоятель ощущал, что привычный порядок рушится. И если он не найдёт новый путь, его собственная жизнь — и вся их Великая Идея — могут оказаться под вопросом.
Филинов, спокойный как будто и не замечающий душевные терзания настоятеля, вежливо обращается к Багровому Властелину:
— Приятно, что вы заглянули, Ваше Багровейшество, — произносит он нарочито любезно, словно не расслышав недавнего вопроса Властелина о какой-то невесте.
Настоятель мечется в мыслях, разрываемый тревогой: что делать, что делать, что делать⁈ Всё шло не по плану, а ситуация становилась только хуже.
Тем временем вассал Багрового Властелина — лорд Ауст — без обиняков указывает на тигрицу, стоящую рядом с Филиновым:
— Ваше Багровейшество, вот та особь, о которой я вам говорил, — кивком выделяет он её среди прочих.
Багровый Властелин хмыкает, прищурившись на тигрицу:
— Вот оно как, — бросает он. — И говорил мне Дамар, а ты молчал в тряпочку Ауст.
Лорд-дроу краснеет, как застуканная на шалости девица, опуская глаза. А Филинов, как ни в чём не бывало, продолжает играть в светскую игру:
— Как вам погода в Антарктиде, кстати? — развязно интересуется он.
Багровый Властелин снова хмыкает, но на вопрос не отвечает. Его взгляд лениво скользит между участниками сцены, словно он просто наблюдает за разворачивающейся пьесой, не вмешиваясь.