Горзул недоуменно поднимает голову:
— Крррасиво же, фака! — и уже за одобрением поворачивается к Змейке. — Скажжи-и, самка?
В ответ — хлёсткий подзатыльник. Такой мощный, что Горзула опрокидывает куда-то под стол.
— Я Мать Выводка, фака, — шипит Змейка, смерив его взглядом сверху вниз.
Мда, а ведь у этого парня были бы все шансы завоевать внимание хищницы — сильный, ловкий, с причиндалами все в порядке, да туповат уж слишком. Ну да ладно, какие его годы. Может, поумнеет еще.
— Граф, — с надеждой излагает Ледзор. — Твой выбор делегатов говорит о том, что ты ждёшь удара в спину от монахов? Будет бойня? Ведь правда, да?
— Тебе лишь бы кости поломать, — тихо бросает Кострица.
— Скорее да, чем нет, — отвечаю спокойно. — Но это не повод начинать первыми и раздавать подзатыльники авансом. Побудем вежливыми гостями, хотя бы ради прикола.
Ледзор хмыкает в бороду:
— Ну хоть размяться будет повод. Раз уж идём открыто — возьму с собой топор. Не отвёртку.
Правильно мыслит. Одиннадцатипалый должен быть готов к переговорам «в стиле дровосека».
— Даня… — Настя немного неуверенно дёргает край моей разгрузки. — А как же свинья?
— Кто? — не понял я.
— Ой, Феанор, в смысле, — опомнилась жена. Хм. Интересно, а то, что она волчица-оборотница, как-то меняет восприятие оскорбления «свиным видом»? Или только усугубляет?
— Остаётся на базе, — качаю я головой. — Он слишком резкий. Тем более мы едем на переговоры, а Феанор — Воитель, а не Переговорщик.
Настя кивнула, хотя в её глазах читалось лёгкое беспокойство. Её можно понять: в наше отсутствие Феанор может наделать делов. Еще возьмет и объявит войну Крепи Пагубы, например. В этом случае он долго не проживет.
— Тогда собирайтесь, через полчаса выдвигаемся.
Красивая мурлычет себе под нос, как будто собирается не на переговоры, а на весеннюю охоту. Плавно скользит к выходу, хвост метёлкой. За ней начинают расходиться и остальные.
Вскоре к подъехавшим машинам подтягиваются тавры и начинают грузить снаряжение. Стоя у окна и попивая чай на дорожку, я на мгновение проваливаюсь в мысле-связь с Лакомкой. Узнаю последние новости.
Как оказалось, появление Крепи Пагубы внесло свои коррективы в жизнь моего рода. Например, к Лакомке снова начали наведываться её бывшие женихи. Тот же Ланселот заплатил волосами и одеждой.
Почему так? Оказалось, многие рода дроу, которых Лакомка раньше знала как независимые, за три сотни лет приняли вассалитет Багрового Властелина, и когда Крепь перенеслась в наш мир, то и эти дроу соответственно тоже. Чувствую, кто-то попробует проявить самодеятельность и угодить Багровому. Но я готов к их предложениям, да и сам могу их порадовать. Галахад и Йвен — те самые, что приняли ледяную баню — могут рассказать друзьям о впечатлениях. Хотя нет, не могут, они же так и не всплыли на поверхность.