«Дорогой Дмитрий Степанович!
Приглашаем тебя на свадьбу Марии Юрьевны Морозовой и Данилы Степановича Вещего-Филинова.
Вот тебе фото на память — чтобы порадоваться за нас!»
Паскевич орет. Бокал летит в стену, разбивается с хрустальным звоном.
Этой ночью я остался с Лакомкой.
Она лежит в моей постели с тонкой улыбкой, откинув одеяло. Я уже рассказал главной жене всё: и про вылазку на склад, и про скорпионусов, и про привязки, а про паразита, что устроился внутри Паскевич, альва и так знала.
Лакомка вздыхает, качая головой, и тихо произносит:
— Он хочет натравить мертвых зверей на Машу? Этот Демон тот ещё садист.
Я смотрю в потолок, пальцами водя по её обнажённой ключице. Мысли текут медленно, как мёд. Без эмоций. Чистый анализ.
— Не совсем в этом дело, — отвечаю. — Думаю, Попутчик преследует вполне конкретную цель: выбить меня из равновесия. Он ведь мог выбрать любую из моих жён — Маша просто оказалась под рукой. Если телепата сломать изнутри, его легче контролировать. Личность трескается, защита падает. И всё, ты внутри. Думаю, он этого и добивается. А Маша, возможно, она просто застряла у него где-то в остаточной человечности. Как заноза в памяти. Ну и еще наверняка Паскевича бесит, что княжна Морозова не ему досталась в невесты.
Лакомка кладёт голову мне на плечо.
— Глупый демон, — бросает она. — Премию Дарвина бы ему дать. За то, что додумался разозлить телепата.
Я улыбаюсь, скользя ладонью по её бедру. Лакомка всё понимает. Паскевичу светит не просто конец — а кранты с изюминкой.
На следующий день я поехал за Машей сам. Так Юрий Михайлович будет спокойнее — пусть видит: будущий зять заботится о его дочери.
Маша выходит из дома в сером плаще, длинные черные локоны стянуты в косу. Княжна улыбается, берёт меня под руку, и мы вместе садимся в машину.
На парковке у склада нас уже ждёт Паскевич. Прислонился к чёрному джипу, смотрит ревниво.
— Данила Степанович, Мария Юрьевна… впечатляющая пара, — тянет с натянутой улыбкой.
— Спасибо, Дима, — отвечает Маша спокойно, важно кивнув и крепче взяв меня под руку, к неудовольствию княжичу.
Работники склада услужливо провожают нас в ангар. Холод цепляется к лицу, пар клубится изо рта. В контейнерах гудят холодильные установки.
— Дальше мы сами, — бросает княжич работникам.
Паскевич ведёт нас вглубь ангара к шестому контейнеру. Мы заходим внутрь железной коробки и смотрим на туши дорогого мяса.
Паскевич произносит, усмехнувшись:
— Я выкупил всех этих скорпионусов. Мясо у них не просто редкое — оно необычайно полезно для зачатия. Особенно у сильных пар.