— Нет, я не про княжну Морозову. Кстати, их помолвка всё ещё в силе? Они ведь так и не обручились официально… пока что.
Камила улыбается, её лицо остаётся спокойным, уверенным.
— Это вопрос времени. Данила никогда не отказывается от своих слов.
Ольга задумчиво смотрит вдаль.
— Понятно…
Но в голове одна мысль цепляется за другую. Жён у Данилы будет всё больше и больше.
А чем их больше, тем меньше шансов, что он возьмёт новую. Почему-то это тревожит княжну. И самое странное — она сама не понимает, почему.
После встречи с Гумалиным я сталкиваюсь с Фирсовым, который только что вернулся с Антарктики. Сразу идем в мой кабинет. Старый ликвидатор выглядит так, словно только что вышел из снежной бури: его камуфляж покрыт тонкой коркой льда, сапоги в морозном налёте, а перчатки запылены. Даже усы местами прихвачены инеем. Однако в его взгляде нет усталости — напротив, в нём читается удовлетворение.
— В пургу попали? — интересуюсь.
— Если бы, — отмахивается ликвидатор. — Это Мерзлотник устроил атаку на выскочивших монахов, да и нас припорошило остатком.
Фирсов отряхивает перчатки, усаживается напротив, расправляя плечи.
— Почти всех альвов вывезли, Филинов, — говорит он, будто докладывает нечто будничное, хотя операция по эвакуации была не из простых.
Я киваю, переводя взгляд на разложенную передо мной карту Антарктики.
— Хорошо. Теперь пора переходить к диверсиям против Западной Обители. Она сейчас самая слабая. Их войска почти уничтожены, големов почти не осталось. Лучше бить именно по ним.
Фирсов задумчиво качает головой, скрестив руки на груди.
— В Южной обители сидят повелители джинов, так что, действительно, логично. Встревать туда без хорошего плана — самоубийство.
Он постукивает пальцем по краю стола, затем прищуривается:
— Ну а Ледзора тоже привлечём?
Я ухмыляюсь.
— Естественно. Он и так там в развалинах Северной обители скучает, поди. Пусть разомнётся.
Фирсов хмыкает, стряхивает кусочки льда с рукавов.
— Отпрашивать у Красного Влада нас не надо?
— Зачем? У нас уже есть царский приказ, — замечаю, — повелевающий устраивать диверсии против гомункулов. Так что будете этим заниматься официально и с наслаждением.
Фирсов криво усмехается, кивает и, расстёгивая на ходу промёрзшую разгрузку, уходит.
Я же переключаюсь на звонок со Студнем.
— Как там дела в Междуречье?
Ответ приходит почти сразу, но в голосе Студня слышится лёгкое раздражение.
— Феанор прибыл. Внезапно.
Я не удивляюсь. Куда-то же Воитель должен был деться. Логично, что побежал к своим.
— И?
— Сейчас воюет вместе с альвами, Бером и Зелой против гулей. Причём в альвийских рядах почти все — маги. Так что зачистка идёт очень хорошо.