— Воитель тебе не поклонится. Потому что ты не разделяешь высокие воинские идеалы.
Выпрямляется, словно подтверждая слова всей своей осанкой:
— Я это поняла, когда ты спарринговался со мной. Ты использовал хитрость. Это правильно с точки зрения выживания, но для Воителя это не аргумент.
Склоняю голову набок, усмехаюсь:
— Мама , я привык давать врагам шанс повеселиться перед тем, как обрывать их жизнь.
Алира поджимает губы:
— «Повеселиться» — это щедро.
Ухмыляюсь шире:
— Отнюдь! Ведь веселиться буду я.
Алира хмурится, но не спорит.
Пожимаю плечами:
— Ваше Высочество, я услышал вашу точку зрения. Поверьте, буду её учитывать при принятии решения.
Она молчит, но её взгляд остаётся цепким, изучающим, словно пытается понять, насколько серьёзно я отношусь к её словам.
Я же спокойно разворачиваюсь и отправляюсь дальше.
Во дворе сажусь в джип, двигатель мягко урчит, и направляюсь к транспортному порталу — пока его используют для спасательных экспедиций альвов в Северные Обители. Ждать на месте приходится недолго, через пару минут из портала прибывают «Буран» Фирсова, ведя за собой колонну автобусов на гусеницах. Из машин выгружают альвов, всё ещё в спячке, их тут же забирают медики. Система уже налажена, цепочка эвакуации работает слаженно, без сбоев.
Фирсов, вылезая из «Бурана» , замечает меня, хмурится.
— Филинов, а ты зачем приехал?
— Чтобы поехать назад с вами, — весело отвечаю я.
Фирсов поджимает губы.
— Мы только что прибыли же!
Я пожимаю плечами.
— Я видел. Ну, могу и без вас поехать.
Из боевой машины тем временем выбирается остальная группа. Мерзлотник , фыркает, хрустя суставами, и ухмыляется:
— Нет уж, где Филинов — там и крутая драка. Я с тобой.
Веер усмехается, поправляя перчатки:
— И я тоже. Просто соскучилась по своему дорогому.
Неожиданно Шаровой кивает.
— И я тоже.
Все «тибетцы» переводят на молниевика удивлённые взгляды.
Шаровой кашляет, краснеет, отмахивается:
— В смысле — тоже поеду.
Фирсов вздыхает, потирая лицо рукой:
— Ладно, тогда снова собираемся. Заодно ещё одну внеплановую экспедицию организуем.
Колонна техники снова ныряет в портал. Автобусы гусеницами вгрызаются в лёд, «Буран» уверенно ведёт колонну вперёд. Внутри тепло, моторы урчат ровно, за окнами тянутся снежные равнины, теряющиеся в серой мгле горизонта. Я молча наблюдаю за пейзажем, пока не озвучиваю вслух пришедшую в голову мысль:
— А чилийские автобусы всё ещё не вернули принцессе Чилике.
Фирсов, не отрываясь от приборов, спокойно отвечает: