У ворот Кремля постовой внимательно изучает документы, сверяет фото, затем переводит взгляд на Феанора. Его глаза тут же цепляются за уши альва.
— Кто это? — голос напряжённый, рука чуть дрогнула у ремня с рацией.
Я спокойно, без намёка на сомнение, отвечаю:
— Мой сопровождающий. Слуга.
Феанор хмыкает, но молчит. Постовой ещё раз оценивающе осматривает его, но ничего не говорит, лишь кивает, пропуская нас внутрь.
— Оставайся в машине, — бросаю Воителю, а сам в сопровождении кремлевского адъютанта двигаюсь в сторону главного здания. Воителя взял с собой только чтобы не оставлять его наедине с женами, а то мало ли.
В конференц-зале уже собрались представители Семибоярщины: Годунов, Хлестаков, другие бояре, а также генерал Кутузов и Владислав Владимирович. Все явно в курсе проблемы и готовы к обсуждению. Вскоре входит Царь. Он даже не садится, лишь бросает через плечо Кутузову:
— Давай кратко доложи обстановку, Борис Глебович,
Кутузов кивает, показывает на карту:
— Здесь сейчас сама тяжелая сиутация, Ваше Величество. Восемь орд гулей двигаются по землям Семибоярщины.
Годунов встревает тут же, будто только и ждал момента:
— Мы уже даём отпор, боремся с ними. Но налицо жесткая несправедливость, Ваше Величество!
— Неужели? — приподнимает брови Царь Борис.
— Конечно! — Годунов бросает в мою сторону взгляд. — Если мы уничтожим всех гулей на наших землях и потом отдадим эти земли Филинову, то какой нам в этом прок? Мы не имеем мотивации!
Я смотрю на него и ухмыляюсь:
— Федот Геннадьевич, в чем-то прав, Ваше Величество. Потому я предлагаю устроить гонку.
Тишина. Все застывают, переводя на меня недоумённые взгляды.
— Гонку, Данила? — спрашивает Царь.
Я развожу руками:
— Берём с уважаемыми боярами каждый по орде. Кто больше тварей зачистит — тому и достанутся земли.
Царь задумывается. Я прекрасно знаю, что бояре не дерутся с гулями в полную силу. Они осторожничают, тянут время, ждут, когда царские войска всё сделают. Но если их заставить действовать на пределе возможностей, не давая выбора, это спасёт больше жизней. При этом, конечно, своё я тоже не упущу.
Царь медленно кивает, оценивающе глядя на меня:
— Ты и так имеешь право на свои земли, Данила, ведь это ты освободил Буян от Демона. Но если ты хочешь сделать это таким способом… — он делает паузу, предоставляя мне ответить.
Я киваю, ухмыляясь:
— Да, хочу, Ваше Величество.
Будем загребать жар чужими руками.
Боярин Годунов тут же пытается откатить моё предложение, спешит выразить «озабоченность».
— Ваше Величество, я не думаю, что это хорошая идея…