Герасим Станиславович, нехорошо поступаете.
Света смотрит на меня с ожиданием.
— Ну и ладно, — пожимаю плечами, переходя на мыслеречь. — Мы здесь всё равно не задержимся. Сейчас я сдам князя Буревестника Красному Владу и вернёмся домой.
Светка выгибает бровь. Да уж, этот взгляд достоин мемов.
— Сдашь? Ты его решил выдать с потрохами? Ну, конечно, он это заслужил! А как ты собираешься это сделать, если нас глушат?
— Найду способ, — отзываюсь с ленивой уверенностью. — А если нет, то не беда — мыслеречь всё ещё работает.
— Точно! — Светка мгновенно светлеет лицом. Видимо, тут же связалась с Леной или Камилой, проверяя нашу единственную оставшуюся линию связи.
Я распахиваю окно. Жара в комнате такая, будто нас кто-то собирается прожарить до хрустящей корочки. Лёгкий морской ветер приятно обдувает лицо.
— Даня, почему Буревестники нас ограничили в связи? — раздаётся возмущённый голос Светки. Она плюхается на край кресла, надув щёки и нахмурив брови, как школьница, которую только что лишили перемены. — Они совсем оборзели?
Я бросаю взгляд на артефакт. Хотя ясно же, что дело не в настройках, а в магической блокировке.
— Потому что я только что узнал секрет, — отвечаю спокойно. — Про князя Буревестника. Он сам мне его выдал. И теперь, как чересчур осторожный человек, закрыл нам доступ к внешнему миру.
— Чересчур осторожный? — фыркает Света. — Скорее, жалкий.
— Одно другому не мешает.
Света морщит лоб, явно пытаясь сообразить, как всё это связано.
— Ну это же глупость! — почти возмущается она. — Мы же всё равно, когда закончим здесь, вернёмся домой. И будем знать всё, что он тебе рассказал.
— Похоже, князь Буревестник не собирается позволить нам вернуться, — весело подмечаю, слегка пожимая плечами. — Он явно не хочет, чтобы мы покинули эту миссию на Буянике, прихватив его секреты. За Демона Царь его не погладит, мягко говоря. Тут пахнет даже не опалой, а казнью.
Светка рычит. Честное слово, один в один, как Змейка. Даже зрачки сузились от ярости.
— Они пожалеют! — восклицает она, сжимая кулаки. — Я им покажу — «не вернемся»!
Я невольно ухмыляюсь. Хороша бывшая Соколова, только этим их не напугаешь.
— Верно, Свет. Это его проблемы, не наши. Если Герасим Станиславович не хочет идти под суд, не стоило меня звать и рассказывать о своем косяке, — добавляю с иронией. Затем, сменив тон на более серьёзный, предлагаю: — Кстати, ты могла бы задать пару вопросов местным? Сходи к кому-нибудь из обслуживающего персонала и спроси про связь. Пусть это выглядит естественно, как будто нас действительно волнует эта проблема и мы полное дурачье.