Проверив, что всё надёжно закреплено, мы один за другим спрыгиваем в воду. Морозный океан сдавливает тело, пробирает до костей, одежда моментально тяжелеет от намокших слоёв. Лёгкий пар поднимается от кожи, пока каждый активирует внутреннее тепло, удерживая холод на грани терпимости.
Добираемся до берега.
Пляж холодный, покрыт снегом, морской ветер режет лицо, воздух свежий, но ледяной. Мороз щиплет кожу даже сквозь одежду.
Я, Кострица, Красивая, Змейка и Светка стоим на берегу, осматривая окрестности. Светка хмыкает, встряхивает руками, разминая замёрзшие пальцы.
— Ну что, Даня, куда дальше?
Она активирует разогрев тела, и её одежда начинает парить, испаряясь от влаги. Кострица делает то же самое. Змейка просто встряхивается, как мокрая собака, сбрасывая с чешуи капли воды, а Красивая отряхивает шерсть.
Я тоже подогреваю себя, пар от моей одежды поднимается в воздух.
— Дальше мы ищем любой населённый пункт. Надо выяснить, есть ли тут живые люди.
Кивков не требуется — все понимают. Двигаемся вперёд, утопая в снегу, продираясь сквозь промёрзшие заросли. Ветки хрустят под ногами, острые сучья цепляются за одежду, тишина давит. Здесь давно никто не ходил.
И вдруг…
Я чувствую приближение.
Но не могу понять, кто это.
Недодемон? Человек? Сложно сказать.
Ментальная матрица смешанная, будто переплетённая из двух несовместимых энергий.
И тут из кустов выныривает двустволка.
Гладкоствольное ружьё, старое, но ухоженное, с начищенными замками и деревянным прикладом, который давно пропитан потом и временем. Дуло чётко смотрит прямо на нас.
В морозном воздухе раздаётся холодный, ровный голос:
— Вы кто такие?
Морозный ветер проносится по берегу, вздымает снежную пыль, заставляя мешковатый камуфляж колыхаться, а воздух хрустеть от холода. Кострица и Светка тут же формируют в руках по огнешару. Наставница бросает короткий взгляд на жену и кивает — мол, молодец, быстро. Светка довольна, ухмыляется, но не расслабляется. Красивая оскаливается, полосатый хвост резко дёргается. Змейка раздувает ноздри, змеиные волосы еле слышно шипят — будто она только что учуяла добычу.
И вот в этом замечательном окружении из кустов на меня смотрит… двухстволка. Нет, не здоровенная пушка. Не артефакт, от одного вида которого можно штанишки сменить. А обычная охотничья двухстволка. Вот так поворот. Случайно, патронташ не с солью, для особо наглых бесов?
— Серьёзно? Какое-то ружьё? — фыркает Светка по мыслеречи, и в её голосе искренний сарказм.
И, блин, да, правда! Два ствола, торчащие из кустов, нацеленные прямо в меня, не внушали ни уважения, ни страха.