– Потому что я – деваха, которая переспала с тобой только ради денег, – со злостью выплеснула всю накопившуюся обиду. – Ты ж мне щедро за все заплатил, да? Я не должна быть в претензии. Да и вообще, воспользовался первой подвернувшейся под руку дурехой и дальше радуешься жизни. Так ведь живут современные миллиардеры?
– Что за бред ты несешь, Маруся? – меня чуть сильнее сжали в объятиях. Егор аккуратно приподнял мой подбородок и заглянул в глаза. – Откуда ты все это взяла?
– Ты сам все это говорил в офисе, я слышала! – выпалила с обидой и выпуталась из каменной хватки Бахматова. Точнее – он позволил выпутаться, дав мне глоток свободы.
Егор подошел и снова прижал меня к себе. Нежно, трепетно, бережно. Словно я была хрупким цветком, способным завять от одного лишь касания пальцев.
– Глупая, – усмехнулся по-доброму. – Мало ли что я нес в разговоре с левым чуваком. Не душу же мне перед ним выворачивать было. К тому же с тех пор я давно пересмотрел собственные слова. Знаешь, сколько раз я вспоминал ту ночь в отеле?
– Сколько? – воинственно задрала подбородок, готовясь к неприятному ответу. Потому что саму меня так и не отпустило. Нежные и в то же время жадные касания Бахматова снились мне постоянно, а в последнее время еще и днем донимать начали.
– Тысячи, миллионы, – вкрадчиво сообщил он. – Каждый гребаный день я думал о девушке, которую по собственной тупости же и упустил. Как последний лох. Не распознал своего счастья в воздушной, искренней фее. Нежной, отзывчивой, страстной, а еще хрупкой, восхитительно сладкой. Ты и исчезла наутро, как самая настоящая фея…
– Ты первый ушел из номера! – перебила возмущенно, не вытерпев наглой несправедливости. Егор провел по макушке ладонью, успокаивая.
– Я потом вернулся. Но ни денег, ни своей девочки-виденья не обнаружил. Подумал, что ей ничего, кроме бабла, и не нужно от меня было. Запретил себе искать девчонку, уверился в том, что она точно такая же, как и моя продажная бывшая невеста, и все, кто вертится вокруг меня.
– Я твои деньги отдала работникам отеля, сказала, что ты их в номере забыл, – уткнувшись носом в твердую грудь, хрипло прошептала.
Как же глупо все получилось! И Бахматов, сначала «отблагодаривший» деньгами, и я, оскорбившаяся и оставившая их персоналу. Ну что мне стоило взять гадкие деньги и в первый же рабочий день гордо швырнуть их в лицо циничному любовнику? Или забить на них, не включать «взрослую рассудительную женщину» и оставить валяться на месте? Тогда бы мы с Егором не потеряли столько времени, лелея в душах взаимную обиду, и выяснили бы все гораздо раньше.