– Плевать мне на всех, – хрипло бормочет он, поглаживая мои щеки. – Я как представил, что не увижу тебя больше… Или кто-то другой коснется тебя, поцелует, прижмет к груди. Ты нужна мне, Улька. Пожалуйста, не уезжай… Давай попробуем?
– Я… А как же Денис? Он угрожал мне. Сказал, что если я не вернусь к нему, он превратит мою жизнь в ад.
– Подонок, – протягивает Сергей сквозь зубы. – Я пообещал не писать заявление в обмен на его услугу. Он убедил, что оставит тебя в покое и не станет препятствовать твоим планам. Выходит, что соврал в очередной раз.
– И что теперь делать?
– Уль, что ты решила? – улыбается Сергей, прижимаясь лбом к моему лбу.
– Ох, не знаю… Утром из твоей тачки вышла Ниночка…
– У нее сломалась машина. Я подобрал ее на трассе. Вот и вся история. У меня ничего не может с ней быть.
– Верю… Ты тоже все эти дни не выходил из моей головы, – стыдливо прячу взгляд. Оказывается, признаваться в чувствах – то еще испытание…
– Кажется, я с ума сойду от счастья. Правда? Я безумно скучаю по вам… И по сладкому пирожку тоже.
– Ты про Яночку? И тебя не смущает, что она… Чужой ребенок – это ведь…
– Она не чужая. И не смей так больше говорить, ладно? Ты – моя… Значит, и она – моя малышка. Уль, у меня есть кое-какие проблемы с зачатием – я решил сказать об этом сразу, так что… Возможно, Яна будет нашим единственным ребенком.
Слегка отстраняюсь и поднимаю на него взгляд.
– Это ты мне предложение делаешь, Костромин?
– Блин… Хотел не так. Не в этой обстановке. Давай ты сначала разведешься со своим узурпатором?
Сергей.
Не хочу больше ее выпускать… Привязать к себе хочу. Целовать и защищать, заботиться. Иногда женщинам нельзя верить. Их слова – сплошная боль, страх, отчаяние, порожденные вот такими ублюдками, как Денис.
Зря она думала, что я не понимал ее состояния. Очень даже чувствовал, потому что сам прошел через такое… Все, что остаётся в душе после измены – выжженное поле. Пустота и неуверенность, неспособность поверить в себя, боль.
Я лишь хотел отойти на время. Позволить ей уехать, проявить себя, поверить в свои силы, приободриться. Был намерен ждать, пока не понял, что теряю ее… И сам умираю от тоски. Ну, какая Москва, если я и сутки не мог без нее вынести. Бродил по пустому, гостиничному номеру и думал, как все вернуть?
Сам же согласился с ее решением расстаться? И как теперь оправдываться?
– Улька, как хорошо, что ты пришла…
Отрываюсь от нее, мечтая сбежать домой и продолжить в постели… Но сначала нам нужно закончить все с Денисом. Я успел убедиться в его непорядочности и больше не намерен идти на уступки.