Вот и сидит на троне вашество, как пугало в любимом огороде на шесте, мозги у Сына Неба номинально есть, но на самом деле эту коронованную голову давно уже выпотрошили. Госпожа Чун Ми вложила в нее свои мысли. Но катастрофа все-таки случилась. Юг восстал!
Чун Ми так орет, что все напуганы: император, Мать Нации, Первая и Вторая принцессы. Протрубили общий сбор семьи: прежде чем в тронный зал войдут советники и министры, Чунам надо принять решение, поэтому все они здесь, даже юные принцессы.
Напуганы слуги, зная, что отыграются на них. И вечером будет грандиозная порка. Повальная. Забился в угол главный евнух. Понимая, что неприкасаемых сегодня нет.
Только что пришла весть о восстании. Великий принц уже в трехстах ли от столицы!
— Почему не сообщили раньше⁈ — бушует госпожа Чун Ми.
У нее паника. Шпионы донесли, что у Великого принца тысяч триста солдат, не меньше! Объединились две южные армии, нанкинская, которую собрал и вдохновил покойный князь Лин Ван и армия клана Ран.
Слухи неумолимо просачиваются за дворцовые стены и скоро пойдут гулять по столице. Аристократия тут же воспрянет. У каждого маркиза или графа, не говоря уже о князьях, собственная маленькая армия: обученная и вооруженная до зубов личная охрана.
И эти боевые отряды, насчитывающие порою по несколько сотен отменных воинов, присоединятся к бунтовщикам, в этом нет сомнений. Столичный гарнизон нельзя бросать в бой, иначе некому будет защищать императорскую семью. И Пекин.
— Где мои братья⁈ Военный министр где⁈
Он вползает в тронный зал бочком. Смотреть тошно. То ли дело князь Лин Ван! Великан с боевой выправкой! Один его вид внушал уважение. А это желе в малиновом шелке валится на колени у трона и растекается по полу липкой лужей.
Сестра брезгливо смотрит на это бесполезное гуано, понимая, что министр ни разу не полководец. И орет:
— Где Чун Му⁈
— Я здесь, ваше императорское высочество.
Этот братец Чун лицом похож на крысу. И умный ведь, сволочь! Встает на колени рядом с братом, незаметно пихая его локтем в обвисший бок:
— Мы достойны смерти, о, великий император! — и оба истово бьют поклоны.
— Успеете еще подохнуть, — сквозь зубы говорит вдовствующая императрица. — Сначала послужи́те.
Братья встают и переглядываются.
— Сколько солдат в императорской гвардии? — спрашивает все та же вдовствующая императрица.
Потому что Сын Неба молчит. Он, похоже, еще не понял, что именно случилось. Ну, юг восстал. А кто восстал-то? По какой причине?
— Двести тысяч, ваше императорское высочество.
— А у Ран Мина триста тысяч!
— Ты сказала Ран Мина⁈ — внезапно просыпается император.