День, не задался. Во-первых, пришлось идти пешком от самого отеля, до мечети. И хотя отель находился буквально в четырехстах шагах от главной достопримечательности большого черного куба расположенного в центре площади, поневоле пришлось выполнить все то, о чем Фирюзу, предупреждали заранее. То есть и вознести молитву, несколько раз прочтя ракаты намаза, и обойти по кругу Каабу, попытавшись дотронуться до святыни мусульман, опрокинуть на себя ковш воды, из колодца Замзам, и выпить воды из этого колодца, сотворенного по преданию самим ангелом, и даже сделать забег вокруг священных холмов. Правда последние находятся уже не на открытом пространстве, а в огромном помещении, в котором работают кондиционеры, но неубывающая многотысячная толпа людей сводят почти на нет все потуги современной техники. И в галерее, по которой пришлось побегать, довольно душно. Да и ароматы вспотевших людей, тоже не добавляют настроения, особенно когда их больше сотни одновременно.
Еще худшим стало то, что выбравшись из толпы, Фирюза, окунулась под испепеляющие лучи полуденного солнца, и моментально взмокла, и предстать в таком виде перед лицом священнослужителей, было бы верхом неучтивости. Но деваться было некуда, и пришлось идти дальше. Правда в общественных туалетах, расположенных буквально в двух шагах от того места, ей удалось переодеться в свежие одеяния, купленные у входа в одной из многочисленных лавочек. Конечно обошлось все это чересчур дорого, выбора не оставалось. За фактически одноразовое одеяние из самой дешевой ткани, пришлось заплатить как за модельное платье от одного из лучших портных.
И вот наконец, она оказалась в приемной, где хоть и был относительно свежий воздух и довольно прохладно, но не было ни единого стула, или хотя бы какого-то выступа у находящихся здесь колон, чтобы, хоть на минуточку присесть. А руководство мечети, будто бы издеваясь над бедной женщиной, продержало ее в приемной целых полчаса.
Но наконец, ожидание завершилось, хотя к этому моменту, Фирюза чувствовала в себе такую ярость, что готова была разорвать всех на свете муфтиев и имамов на мелкие кусочки. И едва сумела пересилить себя и погасить свое негодование перед входом в священные покои.
Правда здесь все оказалось очень просто. Фирюзе вручили очередной фирман, на котором было что-то начертано арабской вязью поздравили с тем, что с этого момента, она является наследницей рода-Караханидов, и уже собирались попрощаться, как она, видя, что на этом все вот-вот завершится чуть ли не взорвалась, от негодования.