— Возможно, поэтому у вас постоянные мятежи? — как – бы невзначай поинтересовался принц.
Я чуть не поперхнулась воздухом. Вот так новость! Валентайн, оказывается, умеет не только любезничать, но и масла в огонь подлить.
Саадат на секунду замерла, но потом рассмеялась — слишком громко и наигранно, смех был глубоким и не естественным.
— О, Ваше Высочество, вы шутите! Какие мятежи? У нас нет никаких проблем!
— Рад это слышать, — кивнул принц, но я видела, что он мне поверил. Джинна определённо что-то скрывала.
Остаток свидания прошёл в обсуждении погоды, цветов и достопримечательностей. Саадат была мила, остроумна и приятна в общении. Я бы сказала чересчур приятна. Как хорошо отрепетированная пьеса, где каждый жест, каждая улыбка и каждое слово отточены до совершенства. Взгляд преданный и учтивый, но на самом дне глаз прячется что – то темное и опасное.
Когда она ушла, я подошла к принцу.
— И какое у тебя сложилось мнение о ней?
— Она… — он задумаля, подбирая слова. — Слишком идеальна. Как кукла из фарфора. Улыбается, кивает, говорит то, что хотелось бы слышать от такой женщины. Но я не чувствую за этим ничего настоящего. Ни души, ни огня, ни даже простого женского интереса.
— Умный мальчик, — кивнула ему я. — Доверяй своему чутью и все будет хорошо.
Второе свидание — с Лагертой Сольвейг Гудрунтел — прошло совсем по другому.
Воительница встретила принца в том же малом саду, но одетая в простое, но элегантное платье приглушённо-синего цвета. На лице — ни тени кокетства, только уверенность и лёгкое любопытство.
— Ваше Высочество, — кивнула она, делая лёгкий реверанс (ей явно стоило труда вспомнить, как это делается). — Я не умею ходить вокруг да около, так что скажу сразу. Я не хочу быть вашей императрицей.
Валентайн удивлённо приподнял бровь, но кивнул позволяя продолжить.
— Я воспитывалась как воин, — сказала Лагерта, смотря в даль. — Моя жизнь — ветер и меч, а не балы и интриги. Я зачахну в этих стенах как цветок без солнца. Мне нужны походы, свобода, треск костра, а не шепотки за спиной и бесконечная борьба за власть.
— Я понимаю, — мягко сказал принц. — И не стану вас неволить.
— Благодарю, — она облегчённо выдохнула, и я заметила, как расслабились её плечи. — Но я бы хотела предложить другое. Мой отец, вождь нашего племени, желает наладить торговлю и дружеские отношения между Вольными островами и вашей империей. Если вы не против, я могла бы стать посредником. Дружба между нашими народами — разве это не важно? Мне кажется это более удачное вложение чем брак без любви.
Валентайн задумался, а потом улыбнулся — искренне, без тени притворства или злости.