Про цену, которую придётся заплатить самому Хозяину из Песка, и говорить нечего.
— Ты сделал свой выбор, Песочный человек.
На этот раз Амелия не стала игнорировать слова Хозяина из Песка. В последнее время поведение ближайшей подчинённой и впрямь начало казаться странным.
Викарий могла почувствовать боль от неё. Что-то приносило ей страдания, страх, которого психопатка до этого не знала. Сперва Амелия думала, что этот страх направлен на неё.
Но Песочная тварь вынудила обратить внимание на то, что боялась она в первую и последнюю очередь далеко не её.
— Что тебя беспокоит, Йозефка? Ты плохо себя чувствуешь?
Амелия сидела спиной к девушке, разглядывая на месте алтаря огромный кровавый символ. Руну Бесформенного Идона, притягивающую всё внимание викария.
Викарий почувствовала, как забилось быстро сердце Йозефки, как напряглось её тело.
— Я беременна.
Голос девушки был настолько безразличным и холодным, насколько это вообще было возможно. Словно она говорила про нечто обыденное.
Совершенно искренний, честный ответ. Амелия нахмурилась.
— Я искренне рада за тебя.
— Благодарю, викарий.
Они лукавили. Обе.
— Чего я не могу понять… — продолжила Амелия. — Ты не похожа на ту, кто хотела бы иметь дитя, Йозефка.
Викарий обернулась, встретившись взглядом с девушкой.
— У меня есть на это причина, — нейтрально ответила она.
Амелия уже думала возразить. Предложить помощь с избавлением от проблемы. Но слова застряли у неё в горле. В голове раздался голос , задул холодный, потусторонний ветер, свечи погасли.
Викарий обернулась на руну Бесформенного Идона, понимания, что это было предупреждение.
Она не могла тронуть ни Йозефку, ни уж тем более её дитя.
«Для Бесформенного Идона твоё существование ещё более незначительное, чем для тебя жизнь слизняка. Уж поверь мне, его цели разительно отличаются от твоих».
Слова Песочного человека возникли в голове сами собой, заставив замолчать Амелию на долгую минуту.
— Ты могла сказать это раньше, — негромко произнесла Амелия. — Тебе обеспечат надлежащий уход.
Эти слова напрягли Йозефку намного сильнее ожидаемой реакции.
— Я могу позаботиться о себе сама.
— Это исключено, — холодно возразила Амелия. — Тебе помогут.
Нельзя было сказать, о чём думала и что хотела сказать ложная Йозефка.
— Я поняла, — натянула на лицо улыбку девушка, словно пытаясь отзеркалить улыбку сестры. — Благодарю, викарий. Я…
Йозефка хотела было что-то сказать, но оборвала себя.
— Я пойду.
Амелия никак не отреагировала на это, вновь вернувшись к молитве.
Она уже догадывалась, что совершила ошибку. Но просто не могла понять, насколько серьёзную. В любом случае она собиралась идти до конца, чудовищное начало требовало покончить с этим самым действенным и разрушительным методом.