Воронцов говорил, а я мучительно пытался вспомнить, где я слышал фамилию этого купца. Шелихов, Шелихов… — вроде бы какой-то исследователь, даже острова есть Шелихова… или море? В общем, субъект небезынтересный, надо бы с ним пообщаться!
— Мне бы поговорить с этим Шелиховым, да и с товарищами его тоже. А что всё-таки с Гаскойном?
— А сэр Гаскойн сейчас уже в Петербурге. Послал ему записку, уведомить, что наследник престола желает его видеть!
— Ну и славно. Пусть снесутся с Протасовым, и прибудут так быстро, как только это возможно! И с господами купцами Шелиховым и его компаньонами тоже надобно повидаться!
— Ну, эти, как услышат, прибегут сразу же!
И действительно, уже утром гости далёкой Сибири дожидались аудиенции. К тому времени я немало уже передумал о заморских колониях и торговле, в основном — о том, как нужно и то и другое. И господа купцы — Шелихов сотоварищи, могли сыграть тут немаловажную роль.
Итак, Григорий Иванович Шелихов. Лет между тридцатью пятью и сорока, нос удлиненный, глаза с хитринкою. Одет в иностранный, добротного сукна и приличного кроя кафтан и камзол, хоть и безо всякого позументу; лицо бритое, сам в пудреном парике. В общем, купец на новый лад.
Рядом его «сотоварищи» — Иван Илларионович Голиков. В летах, выглядит попроще. Как говорят, уже несколько лет занимаются они пушным промыслом, и отрядили в Берингово море уже не один корабль.
Предложения их мне известны. Дело выгодное, конечно, но только вот какой тут момент: ледяных просторов во владении Российской короны уже предостаточно. Пушнина — это замечательно. Деньги нам нужны, но только для пушнины у нас уже целая Сибирь в наличии. А вот «колониальных товаров» сильно не хватает. Чай, кофе, сахар, хлопок, индиго, ваниль, табак, латекс… да дохрена всего!
Конечно можно купить всё у англичан. Можно, у них вообще, всё есть. Как в Греции. Только цены — ууу… Причём не одни англичане тут виноваты.
Все страны сильно ограничивают возможность торговли со своими колониями. Нельзя просто так приплыть куда-нибудь в Тимбукту, купить что надо, продать, что привёз, и вернуться себе домой. Нет, вся торговля колонии — только с метрополией! Чужих не пускают, а колониальные товары продают с многократной наценкой. Так что, приобретение своих собственных заморских владений крайне заманчиво. Короче, вместо расширения «экспортного потенциала» мне хотелось склонить господ негоциантов к экстренному импортозамещению.
Я посмотрел внимательно на сидящих напротив купцов. Люди тёртые, не страшатся вести дела в бурном Беринговом море. Может, они и на юге готовы рискнуть?