Наступила тишина. Весь семейный совет Романовых внимательно смотрел на этого тщательно выбритого парня. И думал. Каждый о своем.
— И что вы предлагаете? — После долгой паузы спросил Император.
— Нам не нужно пугать союзников. Во всяком случае — не сейчас. Повторю. Пока над нами нависают Австро-Венгрия и Германия — мы не сможем взять и удержать проливы. Никогда. В интересах России, чтобы эти державы по итогам войны раскололись на не очень мелкие, но достаточно слабые государства. Королевства Бавария, Ганновер, Саксония, Австрия, Венгрия, Богемия и так далее. И уже после этого, улучив момент, окончательно решить османский вопрос.
— И все? — С улыбкой спросила Мария Федоровна.
— Нет. Решив вопрос с османами нужно будет возвращаться к японскому вопросу. Нам нужен выход на рынки Китая… и не нужна сильная Япония.
— Но ради чего тогда России воевать в этой войне? — Поинтересовался Сандро[11]. — Какова цель?
— Как ради чего? О! Это не сложно. Например, за воссоединение со старыми славянскими землями. Остров Рюген со старинной Арконой[12] еще не освобожден. Позен, Померания, Силезия еще не вернулись в лоно России. Да, их обыватели говорят на немецком языке и считают себя немцами. Но память о старине до сих пор жива и хорошо видна даже в названиях местных. Пруссия — это балты. Но бросьте в меня камень, если Пруссия не созвучна с Русью и Россией.
— Вы серьезно? — Удивился Император, просто ошарашенный от такого полета мысли своего зятя.
— России нужна осмысленная цель в этой войне, которая не отпугнет ни Англию, ни Францию. Во всяком случае так сильно, как проливы. Ведь в случае победы мы должны будем что-то взять. Почему не эти земли? Разве нам помешают германские верфи в Данциге и Штеттине? Особенно в свете того, что японский вопрос рано или поздно нам придется решать. И нам потребуются корабли. По-настоящему хорошие корабли. Построенные по принципу — есть деньги на четыре, строй два, но таких, чтобы — Ах! Потому что мы слишком бедны, чтобы покупать дешевые вещи. Это англичане могут лепить многочисленные дешевки и давить массой. Как там говорится? У короля много![13] Для нас это верное самоубийство.
— Хм… — задумчиво произнес Николай, почесав затылок. Его мозг кипел. А пар, если бы мог, шел из ушей.
— Тем более, что мы можем вспомнить и о других землях. Например, о Гольштейн-Готторских владениях.
— Но Павел I уступил их королю Дании! — Воскликнула Мария Федоровна.
— Король Дании их не удержал. И сейчас эти земли по праву силы принадлежат Германии. И, я думаю, будет справедливо, если потомок того самого короля Дании, — кивнул Максим в сторону Императора, — вернет контроль над ними. А заодно захватит Кильский канал — важнейший стратегический объект на Балтике.