— Максим Иванович? — Тихим, не верящим голосом, спросил он. По-русски, разумеется.
— Олег Константинович! — Ответил Меншиков и пошел обниматься. Вроде и не привычный жест для обитателя начала XXI века. Но он знал — здесь так принято. Да и отчего не обнять, наверное, самого близкого человека среди новых родственников из Романовых?
Потихоньку из других бараков тоже начали выглядывать люди. Выходя и светлея лицами. В общей сложности здесь содержалось пятьдесят два человека, среди которых, кроме князей Императорской крови здесь находилось дюжина англичан и тридцать пять французов в чинах не ниже полковника. Исключение сделали только для князей Императорской крови — Константиновичей, попавших в плен впятером.
Задерживаться не стали. Быстро загрузили людей в грузовики и двинулись дальше, свернув с северного направления на северо-запад.
Удар по Генеральному штабу и Берлинской комендатуре, конечно, сильно затруднит немцам управление войсками. Но ради него они будут стараться особенно. Поэтому ему оставалось делать только одно — очередной обманный маневр. Он ведь шел на север — северо-запад. То есть, уходил к Дании.
Не требовалось большого ума, чтобы понять — это очень разумное решение. Ведь на Датской границе у немцев почти нет войск. Да и Дания — не Россия. Через линию фронта переходить не нужно. Через ту самую, через которую Главнокомандующий гарантированно попытается Максима не пустить. Интернируют? Ну да и Бог с ним. Меншиков одним этим рейдом сделал больше, чем любой другой на этой войне.
Таким нехитрым способом он старался сосредоточить на участке между Любеком и Гамбургом все силы, которые сможет стянуть Германия. Он ведь «оговорился» на той конференции, рассказав, что его эскадрон без особенных потерь смял пехотный полк северо-западнее Ченстохова. Полк! Так что, заслон постараются сделать как можно более мощным.
Ради этого дела ехала колонна, не сильно поспешая, давая возможность немцам успеть перебросить и накопить войска в нужном месте. Ведь если «утопить тапку» он эти двести пятьдесят километров до перешейка мог проскочить часов за семь, максимум восемь часов. За столь небольшой промежуток времени немецкое командование просто бы не успело перебросить войска в нужном объеме… сняв их с других направлений.
Поэтому Меншиков вел себя как девица в супермаркете, размахивая пластиковой карточкой с поистине бездонным кредитом. В частности, он только в одном Берлине посетил семь оружейных магазинов. Да и потом немало останавливаясь.
В этих сугубо гражданских магазинах не было ничего особенно интересного. На первый взгляд. Но только не для Максима. Он вспомнил про замечательные вещи — штуцера для африканской охоты на «большую пятерку», столько популярные с конца XIX века. И то, что в Германии, в связи с началом война, наверняка пылится немало этих «слонобоев» под грозный патрон.500 NitroExpress[1]. Не так чтобы и жуть жуткая. Но это оружие по своему действию было вполне сопоставимо с трофейными крепостными ружьями Дрейзе. Только легче, точнее и намного удобнее. Вот он и прикупил сорок два таких штуцера да почти полторы тысячи патронов к ним.