— Прошу прощения, — картинно поклонился Максим. — Мои люди слишком увлеклись. Я полагал, что дядя не пожелает общаться со мной. Вот и спешил.
— Дядя?
— Я правнук Императора Николая I. Кайзер Вильгельм является моим троюродным дядей. Понимаю, не родство, а седьмая вода на киселе, но я очень хотел бы с ним познакомиться. — Окинул взглядом спальню. Вздохнул. — Он, полагаю, отправился на рыбалку? Чтобы по утренней заре посидеть с удочкой?
— А вы наглец, — холодно усмехнувшись, отметила женщина.
— Гусар, — поправил ее Меншиков. — Нам быть скромными профессия не позволяет.
— И что желает гусар?
— Это спальня кайзера. Так? Вы вышли из соседнего помещения. Ведете себя уверенно. Я рискну предположить, что вы его супруга.
— Это так, — с достоинством произнесла женщина.
— Тогда гусар желает, чтобы вы составили мне компанию за завтраком. Не хочу вас больше смущать. Через двадцать минут в столовой. Вы не против?
— Хорошо, — неохотно кивнула женщина и удалилась в свою спальню.
За дверью уже имелся небольшой аншлаг — к солдатам добавились слуги. Одного из них Максим и отправил будить повара, дабы спешно готовил завтрак на две персоны. Кофе и прочее.
— И не смейте туда плевать, мерзавцы! — Громко крикнул ротмистр. Достаточно для того, чтобы Августа Виктория услышала. — Я этим кофе Ее Величество угощать буду!
Кайзерин задержалась. Вместо двадцати минут она приводила себя в порядок все сорок. Повар тоже не уложился в указанное ему время. И только-только принес легкий завтрак.
Дверь в столовую открылась и вошла Августа Виктория, застав сценку — Максим отчитывал ее повара за нерадивость и нерасторопность. Дескать, этот болван, не держит керосиновой горелки для экстренных случаев. Ну и так далее, и том подобное. Так, словно это был не ее слуга, а его.
Она прошла в комнату. Повар по кивку Максима помог ей со стулом, выполняя роль лакея. Потом разлил кофе, разложил яичницу с белым хлебом. Еще немного похлопотал. И удалился, отпущенный ротмистром. Да с напутствием держаться от двери подальше, ибо услышит шорох — выстрелит сквозь дверь. Дабы урок был — не подслушивать. Ну и своим людям велел выйти и не смущать дабу.
— О чем вы хотели поговорить? — Спросила Императрица, усмехнувшись тому, как шустро и покладисто шевелился ее обычно вальяжный повар под окриками этого офицера.
— Еще раз прошу простить меня за столь неожиданный визит, — произнес Максим, переходя на английский язык. Августа Виктория была достаточно образованна, чтобы его знать. Но он не имел популярности в те годы, поэтому выступал дополнительной защитой от подслушивания. Ну и Меншиков его знал намного лучше. На немецком языке он уже неплохо говорил, так как приложил к тому немало усилий. Язык врага нужно знать. Да и жена — этнически чистокровная немка с прекрасным произношением, тоже немало способствовала. Но английский он знал все-таки лучше. — Обстоятельства выше меня. Мне право неловко, что пришлось загнать дядю прятаться в женскую спальню.