— Заканчивайте тут все, — бросил он лейтенанту. — После выдвигайтесь во Франкфурт.
— А вдруг это очередная уловка? Вдруг он взорвал мост через Нейсе, оставаясь на ее правом берегу и сейчас двигается на юг?
— Может быть и так, — чуть подумав, согласился Гемпп. — Как тут закончите, эту версию нужно проверить. Займитесь этим. А ты, — обратился он к ефрейтору, — передай в комендатуру Франкфурта команду «зеленая вишня». Пусть перестрахуются на всякий случай.
— Есть, — козырнул ефрейтор…
Спустя полчаса где-то в восточном Бранденбурге эскадрон неумолимо приближался к Франкфурту-на-Одере. Третьему ключевому логистическому узлу, связывающему 9-ую и 10-ую армии в Позене с остальной Германией.
В строй удалось ввести все три пушечных «Ланчестера», распустив на запчасти пулеметные. Заварили дырки. Наспех восстановили поврежденные органы управления. Так что теперь они были на ходу, держа крейсерскую скорость, и стреляли. Стреляли! Три 37-мм короткоствольные пушки в сложившейся ситуации были очень большим подспорьем.
Склады оказались забиты банальными вещами. Продовольствие, боеприпасы, обмундирование и прочее «россыпью». Но «затовариваться» не стали. Перед тем, как их поджечь, прихватили только десяток ящиков остродефицитных керамических свечей зажигания да пару десятков ящиков с обезболивающим в ампулах. Новокаин[3] был еще более дефицитен, чем хорошие свечи. В Российской Империи в 1915 году за один грамм этого вещества давали два рубля! Два! То есть, он стоил дороже золота[4]! Ведь весь новокаин в те годы делали в Германии…
Бам! Ударило орудие где-то у железной дороги, прерывая раздумья Меншикова. А чуть в стороне от кавалькады разведывательного взвода поднялся фонтан взрыва. И это была отнюдь не 37-мм пушка.
Бам! Еще раз выстрелила пушка и снова промахнулось. Видимо, брать упреждение по быстро движущейся цели канониры не умели.
Буденный, заметив угрозу, ускорился и, заскочив за ближайший холм, остановился. Как и мотоциклисты, сопровождающие его. Максим тоже велел колонне притормозить, не выезжая из леса.
— Что там? — Спросил ротмистр у подбежавшего к нему егеря.
— Бронепоезд, ваше высокоблагородие.
— Не было печали… — покусав нижнюю губу, отметил Меншиков и направился посмотреть эту железнодорожную проблему.
Судя по опознавательным знакам это был не германский, а австро-венгерский бронепоезд. Что и не удивительно. Ведь Германия в начале войны не уделяла внимания этому виду техники, налегая на железнодорожные артиллерийские платформы.
Две 8-см пушки М5/8 в легких башнях на оконечностях да дюжина станковых пулеметов под броней из 12-мм. Под нормальной броней, а не котельным железом как у Меншикова. Серьезная игрушка в общем.