Сюй Чуньхуа — «Спокойный весенний цветок», глава пика травников (женщина)
Демоны:
Цзинь Ху — «Золотая тигрица» — демоница, в которую влюблен Хэ Чуньтао
Цзинь Юи — «Золотая луна» — полудемон, дочь Хэ Чуньтао
Цзинь Веньхуа — «Золотое литературное светило» — полудемон, сын Хэ Чуньтао
Бу Хуань — «Предсказуемо ослепительный» — отец Ян Шенли.
Старый Гу — насекомообразный повар в доме Цзинь Ху.
Другие ордена и кланы:
Старейшина Цзы — «Цзы как в Лао Цзы или Кун Цзы» — старейший заклинатель в мире, стал самым первым из бессмертных.
Чжэн Сяолун — «честная змея» — заклинатель из Ордена Феникса, учился вместе с Лань Веньхуа на пике науки и искусств и всегда с ним соперничал.
Фань Жулань — «образцовая орхидея» — ученица Чжэн Сяолуна, решила сделать Лань Веньхуа своим первым мужем после того, как на нее подействовала аура главной героини.
Мэн Чао — «превыше гор» — глава ордена Мэн, который проводил турнир для заклинателей на стадии Очищения Ци.
Чжан Вень — заклинатель, превратившийся в «Жуткую морду» из-за искажения Ци. Был спасен Викой, когда она выводила учеников на ночную охоту.
Юншен — «Вечно живой» — зубастый человекоподобный монстр, которого создал Чжан Вень из гуля. Выглядит как миловидный юноша, пока не начинает улыбаться.
Минчжу — «Жемчужина» — призрак девушки из колодца, был очищен Чжан Венем, поэтому больше не убивает людей.
Тетушка Лю — призрак кухарки, случайно отравившей обитателей целого поместья. Чжан Вень поместил ее в бумажную куклу в полный рост, и она смогла вернуться к любимой работе (готовке, а не отравлениям).
Небожители:
Цзе Минь — «Выдающийся ум» — старейшина библиотеки.
Ши Линцю — «Прекрасная осень» — девушка из клана фениксов, влюбленная в Цзе Миня и уничтожающая всех, в ком заподозрит соперниц.
— Шимей Ли, что скажешь насчет шисюна? Он поправится?
— Пока сложно утверждать что-то определенное. Если это действительно амнезия, то память может вернуться сама в кратчайшие сроки, а может не вернуться никогда, и медицина тут практически бессильна. Но это может быть и одержимость. Шисюн, ты прекрасно знаешь, как изворотливы порой злые духи, овладевшие чужим телом.
— Это не злой дух! Я уверен!
— Я знакома с Лань Веньхуа восемьдесят лет, но ни разу не видела, чтобы он смеялся. Я даже злобные ухмылки у него замечала всего несколько раз за это время. И уж совершенно точно он не мог бы назвать чье-то имя милым! Да он вообще такого слова знать не должен!