Я посмотрела на него – на этого мощного мужчину в чужой грязной одежде, и ещё сильнее расстроилась. Он был готов к тяжелой работе, но не к безнадежной борьбе.
– Для меня этого недостаточно, – тихо сказала я. – Иногда нужно бороться, даже если не можешь выиграть.
Мы молча вышли из приюта. Клим купил мне вафли с клубникой, без взбитых сливок, как договаривались. Но на вкус они были никакими, похожими на опилки. Он отвез меня домой, переоделся в своё, вежливо попрощался и уехал.
Я сидела на кухне перед нетронутой шарлоткой и понимала – мы вычистили клетки собак, но не смогли разрушить стену между двумя правдами. Его логикой и моим сердцем, которое не могло смириться.
Целый день я пыталась помочь приюту. Очередной пост о сборе подписей в поддержку брошенных животных тонул в ленте Новогодних новостей о катках и ярмарках, набрав за три часа семь лайков и два репоста.
Чувство бессилия было таким острым и фосязаемым, будто я таскала на спине мешки с песком. В ушах стоял холодный, отстранённый голос Клима: « Не лезь в драку, которую не можешь выиграть».
Он звонил дважды. Я сбрасывала. Какие могли быть слова? Он предложил бы рационально отступить, а я не умею. Не тогда, когда речь о тех, кого бросили, предали, забыли.
Почти дойдя до отчаянья в поисках юриста-волонтёра, я согласилась встретиться с одноклассницей. Она потащила меня в кафе бизнес-центра, где работал Клим. Мне вдруг до смерти захотелось оказаться в этом его мире. Посмотреть на Клима издалека, пока он меня не видит. Может быть, чтобы просто понять.
Лена с восторгом обсуждала своего нового бойфренда, а я механически ковыряла ложкой десерт.
– …и после этого он предлагает поехать в горы! Ну я, конечно… Ань, ты вообще меня слушаешь?
Я вздрогнула и силой оторвала взгляд от стеклянных дверей, за которыми уже пятнадцать минут стоял у стола он.
– Прости, Лен. Задумалась о своём.
– Про своего новогоднего попутчика? – Лена фыркнула. – Слушай, ну что ты в нём нашла? Ходячий калькулятор, по-моему.
В этот момент стеклянная дверь кафетерия приоткрылась, и до нас донёсся обрывок фразы. Голос Клима. Не громкий, но такой отточенный и холодный, что по спине пробежали мурашки.
– …ваше предложение не просто ошибочно. Оно свидетельствует о системном нарушении исполнения контракта…
Лена замерла с кусочком брауни на полпути ко рту.
– Ого… – прошептала она. – Это и есть твой калькулятор? Бррр! Мне аж жарко стало. Он там этого бедолагу сейчас в пыль разотрёт?
Я молча кивнула, не в силах отвести взгляд. Сейчас Клим был не человеком, а стихией. Ходячей, безжалостной логикой в человеческом обличье.