— Правильно понимаешь, — хмыкнул я. — Предлагаю завтра утром поехать не в Москву, а в учебку в Семеновском. Мне же обещали поддержку в развитии навыков, думаю и вам не откажут.
— Да можно, — ответил он после недолгого раздумья. — У нас есть несколько дней до начала учебного года. Если ребята не против.
Я обернулся в сторону Кэт и Андрея. Оказывается они уже стояли рядом со мной. Андрей с удовольствием продемонстрировал большой палец, Кэт испытующе посмотрела на всех по очереди, махнула рукой и согласилась. В этот момент дверь в кабинет открылась и заглянул хозяин особняка.
— Молодые люди, пройдем в столовую. Пока готовится ужин, мы можем употребить аперитив и поболтать. Да, да, и ты, мой пациент, тоже присоединяйся, уже можно.
Антоха спрыгнул со стола с таким удовольствием, словно только и ждал, когда разрешат. Мы вереницей последовали за хозяином. Столовая находилась здесь же, на первом этаже, рядом с гостиной. Длинный, накрытый белоснежной скатертью стол, мог бы уместить десятка полтора гостей. Нас было шестеро, к компании присоединилась супруга учёного. Несмотря на преклонный возраст, она была на высоте. Строгое закрытое платье и величественная осанка. Прям королева, не меньше.
— Добрый вечер, — голос был бархатистый, грудной и чувствительно более молодой, чем его обладательница. — Меня зовут Клавдия Тимофеевна. Я лучший друг и соратник Юрия Алексеевича и по совместительству жена. Хотя в последнем не уверена, его главная жена — медицина.
— Ну хватит тебе уже, Клава! — засмущался учёный. — Ты моя главная, любимая и единственная жена! Не говори глупостей при гостях.
— А это не глупости, Юрочка, — сказала она и грустно улыбнулась. — Науке ты уделяешь гораздо больше времени, чем мне. И это несмотря на то, что ты на пенсии и отошёл от дел. Так что я просто констатирую факты.
— Ну, будет тебе, ты преувеличиваешь, — проговорил он и погладил супругу по плечу и указал на меня. — Я хочу рассказать тебе про молодого человека, который изучил труды основателей хирургии, в том числе работы моего деда.
— Вы читали «очерки гнойной хирургии»? — искренне удивилась Клавдия Тимофеевна, склонившись над столом в мою сторону. — Но где вы нашли сию достойнейшую книгу? С появлением магии в нашей жизни она стала непопулярна и большая часть экземпляров считается утраченной.
— Да, я читал, — ответил я. — Разумеется, там многое устарело и потеряло смысл в свете современных познаний, но я считаю, чтобы стать настоящим врачевателем, жизненно необходимо ознакомиться с этой нетленной рукописью.
— У вас большое будущее, Паша. Надеюсь вы не возражаете, что я буду называть вас по имени?