— Зато жив останешься и невредим. Где гарантии, что тебя не сдадут властям, обвинив в демонопоклонничестве и предательстве? Вот именно, нигде. А если таким вернёшься к императору, тебя просто сожгут на месте, без всяких там костров.
— Да это всё понятно, — пробормотал я и тяжко вздохнул. — И ведь что самое обидное, я же не сделал то, ради чего пострадал.
— Ты имеешь ввиду Михаила?
— Да.
— По этому поводу можешь не переживать, — махнул рукой Валерий Николаевич и хитро улыбнулся. Его чашка оказалась пуста, и он снова потянулся к самовару. — Давай и тебе чая подолью.
— Я удивляюсь Вашей невозмутимости, — вздохнул я, но чашку протянул. — Щель между мирами не закрыта, я спать спокойно не смогу.
— Да, не закрыта, — кивнул он. — Но тех, кто решит ей воспользоваться ждёт неприятный сюрприз.
— Куда вы его засунули? — встрепенулся я, вспоминая его рассказ про раскалённый мир.
— Секрет пока. Меньше знаешь — крепче спишь!
Земное воплощение Эрларда злобно захихикало, потом впилось самыми обычными, а не звериными зубами в следующую баранку. Интриган, блин, в тайны решил поиграть. Может это такое своеобразное развлечение у вечных и вездесущих? Значит, пока не доберусь до Трубецкого, до истины не доберусь. Тут теперь другая проблема, как отбрехаться от начальства, чтобы они меня ещё два дня не трогали. Первым делом выключил телефон.
Во дворе заливисто залаял пёс, скрипнула калитка. Валерий Николаевич отодвинул шторку и выглянул во двор.
— Похоже твой боец, Паша, иди встречай.
Я вышел в сени и открыл дверь. Уже почти зимнее, но достаточно яркое солнце, отразившись от снега тысячей зайчиков, ударило по глазам. Андрей было ринулся ко мне навстречу, но бросил взгляд на мой доспех и остановился, с немым вопросом в глазах.
— Что с тобой произошло? — спросил он, так и не решаясь сделать шаг навстречу.
— Я ничем не болен и тебя не заражу, — сказал я и сам пошёл навстречу, наблюдая за его реакцией. Он отчаянно сдерживался, чтобы не попятиться назад. — Да я реально говорю, Андрюх, я не представляю для тебя никакой угрозы.
— Ну, допустим. А что это? — он ткнул пальцем в замысловатый чёрный узор на сияющих золотом под утренним солнцем бронепластинах.
— Это то, от чего надо избавиться в первую очередь. Ты один?
— Шутишь? Антон и Кэт сидят в машине, ждут, когда мы выйдем. Просили тебе не говорить, собирались сделать сюрприз.
— А ты проболтался.
— Ну ты же спросил.
— Понятно. А кто ещё знает, что я объявился? Я так понимаю, на этом список не ограничивается?
— Ридигер.
— Вот чёрт!
— Он нам приказал докладывать сразу, как только что-то узнаем. У меня не было выбора.