Его внимание привлекла груда осколков и несколько стоявших вряд бутылок в дальнем углу. Следов пуль не было, но у Марка возникло стойкое ощущение, что по ним стреляли… или кидали в них что-то тяжелое. Он еще раз пригляделся. Что-то эта конструкция ему напоминала.
— Боулинг? — пробормотал он, с недоумением разглядывая каюту. — А где они взяли шары?
Сделав шаг вперед, он споткнулся об ответ. Отстегнутый от скафа круглый шлем бело-синего цвета валялся на полу. Свет уцелевших осветительных панелей отражался в пошедшем трещинами забрале.
— Оружейную комнату и сейф они хотя бы не вскрыли… хотя и видно, что пытались.
— Я полностью обесточил все электронные замки сразу после того, как флаг-адмирал вскрыла бар, — сообщил Искин.
— А ты что следил за ними? У тебя же запрет на просмотр моей каюты без моего приказа.
— Данная директива действует только когда ты находишься в каюте.
— Значит, у тебя есть запись всего этого?
— Да, — подтвердил искин.
— Отлично, — подытожил Марк, с легкой завистью разглядывая последствия примирения двух девушек. Себе он подобного не позволял очень давно. — Сбрось ее мне на коммуникатор. Получится неплохой компромат… Никогда не думал, что мне будет не хватать Гнея. Только в его компании я мог так же легко надраться до беспамятства.
Челнок, несший на борту герб дома Эхет, перевитая виноградной лозой рукоять меча на синем с золотом фоне, медленно двигался в космическом пространстве. Этот аппарат был крупнее стандартных, в обилии сновавших туда-сюда по орбите, но все равно казался букашкой по сравнению с орбитальной крепостью, больше похожей на еще одну луну, а не творение человеческих рук.
В Службе Безопасности корпорации «Квазар» Кейт Бэлл начинала с должности простого полевого агента, и добрых два десятка лет болталась по галактической паутине под личиной торгового представителя. За это время она повидала немало космических станций, в том числе и орбитальных крепостей Благородных домов. Но эта даже ее поразила своими размерами.
Нет, она знала, что внешность обманчива — грозная на вид орбитальная крепость не более чем зубастая мишень для современных кораблей. Но все равно прониклась величественностью станции.
А вот внутри станция была безликой копией прочих. Все те же пустые серые коридоры, промаркированные цветными полосами и табличками с названием уровня и сектора на верхних ярусах станции. Живые деревья и клумбы, обилие красок и кричащая роскошь на внутренних, предназначенных для главы дома и высших сановников ярусах. Впрочем, в этом плане Благородные дома ничем не отличались от крупных корпораций. Пока простой рабочий давится приправленной вкусовыми эмульгаторами белковой кашей, директорат нехотя потягивает игристое вино, стоимостью с неплохой гравикар.