Именно этот момент я счёл начальной точкой абсолютной потери связи мозга с реальностью.
— Хозяина, а хозяина? — узурпатор недоверчиво покосился на меня. — О-хо-хошеньки хо-хо! — он взялся за морду лапами и покачал головой. — Твоя… О-й! Твоя…
Этим красноречивым вступлением к ответу рыжий испугал меня.
— Ладно, давай только самое интересное, — я упростил задачу деспоту, а заодно и свои нервы решил поберечь. — Можно и кратенько пересказать, если получится, конечно, — усомнился я в такой системе повествования с перечислением своих подвигов. — Приступай, но не дай… — я пригрозил рыжему кулаком. — Не приведи светлый, если ты смеяться удумаешь!
— Начальника! Да как можна-то, аднака⁉ — Чукча скорчил такую мину, что я сразу вычеркнул саму мысль о насмешках в свою сторону. — Всё обскажу с достойс… С-с достойностью моя всё поведает! — заверил он меня и сел на одеяло, пытаясь воспроизвести позу посадки по-турецки.
Не добившись нужного результата, он просто вытянул лапы, которые у него ноги, и сконцентрировался, заставив моё сердце ёкнуть в очередной раз перед его изложениями серии приключений, произошедших по пьяни.
— Э-мм, начала твоя начальника воспрашать, — приступил к прояснениям Чукча. — Так мол, и так! Чьи те ноги торчать…
— Рыжий? — прервал я его. — Что тебе непонятного в слове «кратко!»?
— Прости, хозяина, мою! — усатый поправился. — Счас! Так вот. Э-ээ… Сивый пояснил, что твоего пробуждения дожидается, так как они с Барри решили проблематичность продовольственную, поймав удачу! — он просто убил меня своей сверхкраткостью.
— Чукча, чуточку подробнее, — я вновь внёс корректировку в процесс изложения.
— Вот, всё твоей не нравится, аднака, но моя понимает хозяину, — выразился пройдоха с ноткой понимания, или даже сожаления по поводу моего состояния, совсем плачевного в его представлении.
— Да, Чукча, ты уж будь ласков, — я помассировал виски, прикрыв глаза. — Продолжай, пожалуйста, — открыв их, я вновь сосредоточился на мелком.
Докладчик вздохнул и ещё раз одарил меня взглядом сожаления, прежде чем продолжить рассказ.
— Поскубались оне с местными авторитетами из-за денежек, ну тех, что к общественности перейти должны были, но утайке подверглись, — пролил он свет на начало решения проблемы с обеспечением. — Лютый жадюга, аднака, Морозом кликали которого, — уточнил повествователь. — Дык, упокоился оный жадина, скорёхонько после замечания-то, Сивым предоставленного! А новые супостаты криминальные, — продолжил он, пользуясь тем, что я не могу перебить Рыжего, из-за попытки фильтрации событий. — Новые-то, оные жутко обрадывались и всё рассказали о продовольствии. Денег ещё с драгоценностями отсыпали. Ух! — рыжий восторженно всплеснул лапами. — Ух! До чего те побрякушки красивые, аднака! — тут он сделал вынужденную паузу, чтобы набрать воздуха в грудь, ну или куда там его тараканы набирают.