— Было-было такое, — моё замечание поддержала Зелёная Фурия.
Новенькая всерьёз озадачилась моим предложением, но сделать пару глотков не забыла.
— Нет, так не пойдёт, — дамочка отрицательно повела головой. — Мы никто из троих не имеем понятия, что там понадобится, — подметила она с заявкой на правоту. — Не наделять же тебя всем подряд! Но я дам тебе хорошенький бонус — буду присматривать за твоими подвигами, после подтверждения права на жизнь, — не очень понятное замечание прозвучало. — Не волнуйся, что-то я дам тебе сразу, но не скажу, дабы не обречь изыскания насмарку, и не запихать свой проект в полную задницу провалившихся начинаний!
— И на том сэнькью! Так что сейчас делаем? — я догадался о завершении поступления вводных, что оказалось не сложно ввиду её тона.
— Спать ложись, — отмахнулась девица, — а мы пошли!
Мои странноватые гостьи встали.
Та, которая с копытцами, выпустила банку из рук и она проплыла по воздуху к прикроватной тумбочке, где и заняла своё место. Вышло вполне естественно, на мой взгляд. Я даже удивиться не сразу смог.
Дамочки вышли из комнаты, а я отправился вслед за ними, проводить и входную дверь запереть. Не вот сразу, а с полуминутной заминкой. Задержался, пока накидывал на плечи халат.
Пока то да сё, в квартире уже никого, а дверь заперта изнутри. Будь я чуточку потрезвее, то обратил бы на сей казус должное внимание, как и на неестественное перемещение банки. А так — ну и фиг с ней!
Посему, я мысленно поржал, оставив детальный разбор на потом, и лёг спокойненько досыпать.
С незаконченной мыслью я завалился спать дальше и сразу вырубился.
Фига-се, как локация жизни изменчива
Факт своего пробуждения в холодном каменном ящике я осознал далеко не сразу, а спустя час, а может и два, копошения и откровенно нецензурного ора.
— Это — полная задница! — я вспомнил о визите копытной девицы в компании с Фурией.
Короче, кое-как сбив трухлявую крышку, оказавшейся на моё счастье из дерева, я покинул кошмарную западню. Следом избавился от паутины и остатков сгнившей тряпичной одежды, давно ставшей ветхой трухой.
Затем, я неуклюже слез с каменного пьедестала, ну, или с ритуального алтаря, на котором и был установлен сам каменный гроб. Ну, и ещё раз порадовался тому, что крышка была деревянной и сейчас прогнила от времени.
К слову, не вся одежда с меня осыпалась. Осталось кое-чего металлическое и трудное в экспресс определении. Одно лишь понятно, что такого прикида я точно никогда не носил. Скрежещет изрядно, да и погромыхивает.
Я долго и упорно орал, а предсказуемо подустав бестолку надрываться, я занялся изучением места своего пребывания. Или же заточения, если назвать ситуацию иными словами, так сказать, более верными.